— Мужчины, работавшие с нами, с удовольствием убили бы нас за неделю до случившегося, но мы оказались в одной упряжке.
— Враг моего врага — мой друг, — констатировал Бернардо.
Все мы кивнули.
— Так что это в некотором роде персидское животное-пугало, не демон, но что-то на него похожее.
— Я уже говорил, что с нами не было психопрактиков, так что единственное, что могу сказать, это что нанесённый урон выглядят похоже, но не таким же, как там.
— Хорошо, мы посмотрим, может, удастся отыскать в городе кого-то, кто разбирается в предисламском волшебстве лучше меня, — я взглянула на Эдуарда. — Если только ты не знаешь больше моего, а мои знания итак сводятся к нулю.
Он покачал головой.
— Не знаю.
— Не смотрите на меня, — буркнул Бернардо.
Я воздержалась от ответа, который уже крутился на языке — мы и не собирались. Это было бы подло и не совсем соответствовало бы правде. Он узнал для нас информацию у помощницы шерифа.
— Хорошо, мы узнаем, есть ли в городе человек или еще лучше кафедра университета, которая сможет нам помочь. Есть ли здесь какой-нибудь эксперт.
— Академики не всегда подходят для полевой работы, — заметил Эдуард.
— Прямо сейчас у нас никого нет, что значит, нам подойдет любой эксперт, — пожала плечами я, — Поинтересоваться не повредит.
Следователи, занимающиеся расследованием убийств, подозвали маршала Тэда Форрестера поговорить. Эдуард отошел, сменив выражение лица на своё более открытое альтер эго. Я знала, что лицо Тэда на самом деле скрывало куда больше. Интересно, что ни один из нашей команды не был приглашен на эту беседу.
Я обернулась к Олафу и Бернардо.
— Прекрасно, мы проработаем персидский след, но позже, сейчас у нас есть другой вопрос. Почему они расправились с ними именно так, лишив себя шанса питаться?
— Возможно, их мастеру не нравится вкус мужчин, — предположил Олаф.
— Что? — переспросила я.
— Жертвы их мастера, в основном, стриптизерши, женщины, так? — начал Олаф.
— Да.
Он наклонился и шепнул так, чтобы только я и Бернардо смогли расслышать.
— Я убиваю мужчин быстро, чисто, а с женщиной я не стану торопиться. Возможно, их главный вампир поступает так же. Он не получает удовольствия, питаясь от мужчин.
— Он убил мужчину стриптизера в Сент-Луисе, — заметила я.
— Он был, как эти мужчины, натренированный или военный?
Я припомнила тело жертвы, поскольку это была единственная жертва мужского пола, я поняла, что он прав.
— Он был высоким, но худым, не то, чтобы мускулистым, более… женоподобным, как мне кажется.
— Ему нравится, когда его жертвы слабые; убитые здесь мужчины слабыми не были.
— Ладно, — вмешался Бернардо, — разве тебя нисколько не пугает, что Отто говорит об убийстве мужчин ради развлечения с женщинами? Я что здесь единственный, кого этот факт беспокоит?
Я посмотрела на Олафа, и когда наши взгляды встретились, мы оба посмотрели на Бернардо.
— Я знаю, кто такой Отто и чем он занимается. Честно, комментарии вроде того, что он только что отпустил, являются одной из причин, почему я рада, что он с нами. Я хочу сказать, что стоит признать, что у него уникальное понимание менталитета серийного убийцы, — проговорила я.
— И тебя это не беспокоит? — спросил Бернардо.
Я пожала плечами и оглянулась на Олафа, который смотрел на меня настолько спокойно, что выглядел скучающим.
— Мы здесь работаем.
Бернардо покачал головой.
— Вы оба чертовски удивительны, вы это знаете?
— Знаешь, ты мог бы говорить и потише, Бернардо, — отметил Эдуард. Он только что вернулся после разговора с детективами и шерифом Шоу, который наконец соизволил к нам присоединиться. Они все еще игнорировали остальных. Так или иначе, мне было без разницы, что Шоу не пожелал со мной поговорить.
— Прости, — повинился Бернардо.
— Они собираются предоставить нам доступ к материалам дела: фото, видео, уликам, собранным по пакетам и с маркировками.
— Я смогу больше рассказать по фотографиям и видео, — сказал Олаф.
— Они надеются, что все мы сможем что-то рассказать, — отозвался Эдуард.
— Дай мне только взглянуть на фото и видео, — сказала я.
— А я просто хочу пострелять, — буркнул Бернардо.
— Знаешь, твоя жизнь должно быть намного проще нашей, — заметила я.
Бернардо выдал мне самый грязный взгляд.
— Ты просто расстроена, что мы проторчали тут несколько часов и все еще не знаем ничего, что помогло бы нам найти этого ублюдка.
— Мы знаем, что это похоже на персидского волшебника, которого я уже встречал в Пустыне, — заметил Олаф.
— Я знаю, что это было бы нереально и слишком большим совпадением, но может это быть тот же самый волшебник, использующий немного другое заклинание, или что-то вроде того? — спросила я.
— Исключено, — отрезал Олаф.
— Почему нет? — спросила я.
— Волшебник не был пуленепробиваемым.
— Т. е. он мертв, — констатировала я.
Олаф кивнул.
— Хорошо, если мы хотим найти в этой стране кого-то, кто балуется персидским волшебством, мы должны посмотреть, не пропал ли кто без вести в последнее время.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Бернардо.
