— Баб Надя нас на убой кормит. — Дана отломила кусочек хлеба и положила себе в рот. — Я каждый понедельник собираюсь питаться по Монтеньяку, но, как только она начинает творить на кухне, Монтеньяк не выдерживает конкуренции.
Они обедали втроем: Герман, Дана и Вичка. Герман, несмотря на воскресенье, проснулся ни свет ни заря и, как обычно, проведя все утро у себя в кабинете, спустился только к обеду. Он был не в духе и почти не разговаривал.
Дана подмигнула Вичке.
— Герунчик, — капризным тоном протянула она, — не возражаешь, если мы с Викусей прокатимся по магазинам?
Герман не отвечал. Казалось, он даже не слышал, что рядом кто-то говорит.
— Герман Иммануилович, — понизив голос продолжала девушка, — вы меня не слышите?
— Тебе чего-то не хватает? — наконец отозвался Герман. — Ты только вчера скупила пол-Москвы, еле все в машину запихнули. Это что, болезнь? Тогда надо лечиться! Или ты думаешь, у меня в кармане все деньги мира? Иногда, девочка, надо себя сдерживать. Всего все равно не купишь. — Герман явно подсел на свою излюбленную тему, и Дана с улыбкой глядела на него, даже и не думая перебивать.
— Сейчас выговорится, — шепнула она на ухо Вичке, — и даст добро. Это у него ритуал такой.
И на самом деле, голос Германа постепенно смягчился. Он даже начал улыбаться. Вдруг его взгляд остановился на Вичке. Он несколько секунд смотрел на нее, как будто пытаясь вспомнить.
«Нестарый вроде еще мужик, — подумала Вика, — а на лицо явные признаки маразма».
Дана перехватила взгляд Германа и рассмеялась.
— Что, не признаешь? — спросила она. — До чего же вы докатились, Герман Иммануилович!
— Я понимаю, красавица, — не обращая внимания на Дану, обратился он к Вике, — если ты еще здесь, значит, остаешься?
— Вика хотела услышать от тебя подтверждение моих слов, — вставила Дана и показала Вике язык. — Я ей не внушаю искреннего доверия.
— Все так, — медленно проговорил Герман, сверкнув глазами на Вичку. — Человека надо отвлечь, только и всего. Он тормозит мне работу. Я отменяю одно дело за другим по его вине. Он — мозг, без него мне трудно. Если бы мне год назад сказали, что я буду заниматься такой ерундой, как поиски подходящей кандидатуры на роль невестки, я бы ни за что не поверил. — Герман смачно выматерился. — Я уже не помню, когда он в последний раз заходил в этот дом, а ведь живет в метре от нас. Почти не разговаривает со мной. Устал я.
— А если у меня не получится? — тихо спросила Вика.
— Значит, не получится, — хмуро буркнул в ответ Герман и встал из-за стола.
— Герик, — крикнула вдогонку Дана. — Так мы погуляем с Викой?
— Погуляйте, — ответил он, — кто вас держит-то? Тебе что, деньги нужны?
— До чего же вы сообразительны, мой принц! — прощебетала Дана.
— Возьми сколько нужно, — чуть раздраженно сказал Герман и стал подниматься наверх по узкой деревянной лестнице.
— А охрану можно? — не отставала Дана.
Герман обернулся и смерил девушку угрожающим взглядом.
— Когда ты наконец успокоишься?! Ей палец даешь, так она норовит всю руку откусить. Зачем тебе охрана? Гулять с ней по твоим гучам-мучам? Сумочки, тряпочки просто так, без антуража уже не котируются. Теперь им охрану подавай — чем больше, тем лучше. Без охраны обойдешься, она мне нужна. — Сказав все это, он с чувством исполненного долга, отправился дальше.
— Ладно, поехали, — совершенно не расстроившись, сказала Дана. — Тебе ведь, наверное, надо домой заехать, вещи забрать.
— Хотелось бы, — ответила Вика. — А то там на них быстренько найдутся охотники. Я ведь не одна живу. Мы с девчонками квартиру снимаем.
Они сели в Данин «Ленд Крузер» и рванули в город. Уже через минут пять езды Вика пообещала себе больше ни за что не ездить в машине с Даной, если она за рулем. Такой экстремальной езды девушка не переживала еще никогда. И дело не в том, что ее новая подруга плохо водила машину. Наоборот, она настолько уверенно чувствовала себя на дороге, что становилось жутко. Машина с огромной скоростью шныряла из стороны в сторону, распугивая водителей. Когда же они замечали за рулем автомобиля-агрессора очаровательное существо женского пола, удивлялись еще больше.
Девушки до ночи катались по Москве. Сначала они заехали на Ленинский, где жила Вика. Им навстречу вышла заспанная Лялька в шикарном шелковом халате. Ее рыжие волосы были причудливо закручены на затылке, а под глазами размазана тушь, которую она пыталась оттереть кусочком замызганной бумажки.
— Чего звонишь-то? — недовольно буркнула она Вичке вместо здрасте. — У тебя же ключи есть.
— Ты только проснулась или еще не ложилась? — спросила Вика, разуваясь.
— Не ложилась еще, только зашла. — Лялька заметила Дану в проеме двери за спиной Вики.
— Дверь закрой, холод собачий, — рявкнула она.
Дана послушно закрыла дверь и зашла в квартиру.
— Что так не в духе, подруга? — спросила она. — Тяжелая ночка?
Лялька не обратила на нее никакого внимания. Она, зевая, проковыляла к туалету. Даже не думая прикрыть дверь, совершенно без всякого смущения спустила трусы и села на унитаз.
