Я попытался сообразить, что происходит. Может, я попал в сумасшедший дом?
– Ну? – промычал Энди и сжал кулаки.
– Ваня, отвечай, – откровенно испугался Мара, – не зли Энди!
– Я брюнет, – ляпнул я, – не совсем чистый, нечто вроде шатена, но уж точно не рыжий. Кстати, кого вы имели в виду, говоря – белый? Альбиноса?
– Чувырла, – засмеялся мастодонт.
– Энди, ты нанял его шпрехшталмейстером, – пояснил Мара, – у Вани рост два метра, в костюме он хорош, лучше Себастьяна! Ну, помнишь, Ваню тебе Боба порекомендовал, он его приятель, ведь так? Вань, подтверди?
На маленьком веснушчатом личике Мары появилось умоляющее выражение.
– Ага, – неожиданно для самого себя солгал я, – мы с Бобой прошли огонь, воду и медные трубы.
– Это меняет дело, – помягчел Энди, – вставайте, парни! Апчхи! Чую кота! Где он?
– Может, на кухне сидит? Небось соседская девчонка принесла! – предположила голова.
– Пойду гляну, – прогудел Энди и с неожиданной для самосвала скоростью ринулся вон из спальни.
– Пронесло, – радостно воскликнул Мара, – Антонио, ты как?
– Супер, – заявила голова. – Мими, сука, вылезай.
Обезьяна высунула морду и издала тихий звук, похожий на птичий щебет.
– Да ушел он, – махнул рукой Антонио, – не дрожи.
На лице Мими появилось выражение счастья.
– Где Леонардо? – спросил Мара.
Мими порылась в одеяле и вытащила угольно-черного котенка.
– Ох и дура же ты! – возмутился Антонио. – Больше не приноси его! Энди ваще озвереет.
Мими кивнула, схватила кота, прижала его к себе и начала искать блох.
– Мими идиотка, – пояснил Мара, – а еще она в карты мухлюет, не садись с ней за один стол, в момент обштопает.
– Обезьяна умеет играть в карты? – усомнился я.
– А то! – воскликнул Антонио. – Такая зараза! Пальцы ловкие, тасует колоду как зверь, швырк, швырк, швырк, себе пять тузов, нам сплошную мелочь! Вечно у нее флеш-рояль[7] выходит. Как ни старались, мы ее поймать не смогли.
– В колоде всего четыре туза, – напомнил я.
– Ага, – подхватил Мара, – а у Мими пять, и она ими всеми пользуется.
Макака презрительно фыркнула, встала и демонстративно положила котенка на подушку Антонио, затем медленно сложила из корявых пальцев фигу и ткнула Маре под нос.
– Ну не сердись, – дал задний ход парень, – все путем, мы же тебя любим, уважаем, ценим, ты нас кормишь, когда Энди бабок не дает!
Мими хрюкнула, схватила апатичного мурлыку и выскочила в коридор.
– Хорошая девка, – глядя ей вслед, заявил Мара, – никогда не подводит!
Я сел на кровать. Господи, куда я попал? Может, сплю?
Парни переглянулись.
– Ты как? – с неподдельной заботой поинтересовался Антонио. – Пришел в себя?
– Говорил же, не пей коктейль, Боба хрен знает из чего его смешивает, – подхватил Мара.
– Рецепт он в секрете держит, – крякнул Антонио, – лично мне подозрительно: почему? Если че приличное готовишь, зачем скрывать!
Я хлопал глазами.
– Слышь, Антонио, – засмеялся Мара, – он того, прифигелый.
– Эй, Ваня, не помнишь ничего?
– Нет, – ответил я.
– Ща расскажем, – захихикал Антонио, – кто начнет?
– Я, конечно, – заявил Мара.
– А че ты завсегда первый? – обиделся Антонио.
– Потому что я умный, – выдвинул железный аргумент Мара, – я сколько в школу ходил? То-то! Целых семь классов за плечами, а у тебя и трех не наберется!
Очевидно, Мара не раз пользовался этой козырной картой, потому что Антонио покорно кивнул:
– Лады!
Мара начал рассказывать, через пять минут у меня подкосились ноги, я, как ни старался, не мог вспомнить вчерашний вечер, словно чья-то рука ластиком стерла хранящуюся в мозгу информацию. По словам Мары, дело обстояло так.
Где-то около полуночи он и Антонио отдыхали в крохотном кафе, которым владеет личность по имени Боба. Чтобы вам до конца стала ясна ситуация, мне придется почти полностью привести рассказ циркача.
