Утром Карим занялся своим оружием, неспеша, вдумчиво, тщательно, как требовал всегда командир, с особой любовью разобрал свою снайперку, вычистил, вытер и собрал. В ней-то он был уверен даже больше, чем в самом себе. В одиннадцать начал экипироваться, разложил все, что требовалось по кармашкам разгрузки. Все эти действия вызвали в нем ностальгические воспоминания о том славном времени, когда вся команда готовилась к операции. Собравшись, осмотрелся перед зеркалом, попрыгал, подтянул, что необходимо, и, уже настроенный на боевые действия, спустился вниз. Увидев его, Александр и дежурный боец вытянулись, они явно хотели сказать ему что-то ободряющее, выразить свою уверенность в благополучном исходе, свою веру в него, но не посмели, только стояли и «ели» его своими глазами. Карим пожал каждому руку, похлопал их по плечам.
— Ничего, парни, наше дело правое, победа будет за нами, так говорили наши отцы, когда шли на фронт. Нам нельзя ни сгибаться от ран, ни умирать, у нас еще есть дела, которые мы обязаны сделать, и никто за нас их не исполнит. Вот за этим и будем ходить, пока не добьемся победы.
Усевшись в машину, дал отмашку и выехал. Без пяти двенадцать подъехал ко входу в общежитие. Там уже стоял, с безупречно работающим движком, микроавтобус. Возле него, в полной боевой амуниции, находился Юра. Увидев его, подошел, доложил о том, что группа для получения боевого задания собрана. Они прошли внутрь помещения. Увидев их, бойцы выстроились в шеренгу. Среди них, отдельным звеном, стояла шеренга уже полностью снаряженных парней. Лица у них были сосредоточены, взгляд внимательный, цепкий. Карим прошелся вдоль шеренги, спросил:
— Есть ли отказники?
Парни молчали. Тогда он принялся проверять экипировку, оружие. Делал он это подчеркнуто не спеша, но внимательно. Закончив проверку, сказал несколько слов:
— Бойцы, вы хорошо знаете обстановку, что творится в стране. Вы в свое время давали присягу — защищать народ. Сейчас именно такое время и задание, на которое вы добровольно идете. Выполнив его, нам удастся сильно ослабить лютого врага, упыря кровавого, безжалостного душителя нашего народа. Я верю, что вы ничего не пожалеете ради достижения этой цели.
Еще раз прошелся вдоль шеренги, повернулся к Юрию и приказал:
— В машину!
В микроавтобус он влез последним, вытащив из своей машины большую сумку со спецсредствами, очками ночного видения и прочим. Поставил ее возле своего сидения, спросил:
— Кто у нас радист?
Встал боец, еще молодой со смышленым лицом, и коротко доложил:
— Я, товарищ командир, мой позывной «Гетеродин».
— Займите свое место у рации.
Когда боец прошел на переднее сидение и уселся возле рации, спросил у Юрия:
— Всё, что приказал, взято?
— Так точно, в багажном отсеке.
Еще раз внимательно посмотрев на бойцов, улыбнулся им.
— Ну что, с богом, как говорил мой командир, поехали!
И эта, в общем-то простенькая фраза неожиданно разрядила напряженную обстановку, бойцы заулыбались, послышались шуточки, подколки. Микроавтобус плавно тронулся. Карим спросил у водителя:
— Дорогу в Газли знаешь?
— Так точно, командир, не в первый раз.
— Тогда ехать «без фокусов», но поспешая. Возле Газли скажу далее.
— Есть, командир!
Вмешался Юрий.
— Он, Первый, эту дорогу отлично знает, довезет «как маму родную».
— Ишь ты, «маму родную?». Ну ладно, я согласен, только вот не знаю, сойду ли я за нее?
Бойцы засмеялись. Но вскоре по извечной солдатской науке — спать, когда есть, хоть малейшая возможность, сначала задремали, а затем и крепко засунули. Не спали только Карим, Юрий, радист и водитель. Так и ехали. Ровно в три часа были уже у Газли. Подъезжая к этому городу, Карим спросил водителя и его так сказать ассистента, выделенного Иркином:
— Вы дорогу из Газли, не заезжая в город, до Турткуля знаете?
Ответил ассистент, парень из мусульманского батальона:
— Да, ее тут все знают, наезжена, хоть и разбита основательно, хорошо хоть нет морозов и слякоти, а так, в принципе, ехать можно, но с малой скоростью. Из самой Бухары идет к одной из главных автодорожных магистралей Узбекистана.
Выслушав его, Карим приказал водителю:
— Слушаешь его. Он твой лоцман. Сидеть будет рядом. Сделаешь так, в трех километрах от города в сторону Турткуля стоит чайхана. Возле нее встанешь, движок заглушишь, пусть парни поспят. Подождем вашего командира.
— Есть, командир!
Так и сделали, пришлось включить кондиционер. Бойцы только на минутку проснулись, осмотрелись по сторонам и, увидев, что все тихо, спокойно, снова заснули. В ожидании провели с полчаса.
