– Ошибаешься, Адель переписывается с Батлерами, они всегда справляются о тебе, да и обо мне тоже. Скарлетт стала бабушкой, – как-то очень трогательно улыбнулся художник, – у твоего друга Джо родился сын, которого по традиции назвали тоже Джо, а у тебя появилась еще одна сестра.
Вскоре работа захватила Бо, и он уже не вспоминал ни о доме, ни о Веронике, так многому надо было учиться. Анри посоветовал ему рисовать эскизы к удачным спектаклям и показал, как это делается.
– Мы художники осваиваем технику, копируя работы старых мастеров, может быть, и в твоем ремесле эти приемы пригодятся.
– Ты прав Робийяр, спектакль – та же картина, только создается она не красками и не на века, как твои шедевры, а состоит из разрозненных сцен, собираемых на один вечер. Придет другой вечер – и картина будет иной. Те же герои, те же декорации, а интонации, чувства совсем другие. Если бы можно было остановить мгновение и зафиксировать весь спектакль на полотне!
– Только не остановить, наоборот, показать все в движении, выразить неповторимость ускользающего мига жизни, – горячо подхватил его мысль Анри. – А ведь из тебя будет толк, фантазер!
Вероника, не видя своего друга, забеспокоилась и нашла повод для встречи – попросила его поставить концертную программу для нее. Он успешно справился с этим заданием, и на афише впервые появилось имя Брегга Уилкса, пусть мелкими буквами, но и этого хватило, чтобы голова юноши закружилась от успеха. Он готов был жертвовать всем ради славы, ради ненадежной благосклонности публики, внимания женщин, которых больше прельщал выразительный взгляд молодого режиссера, чем его замыслы. Сеньора Барколини задумалась, не лучше ли было выйти замуж за малоизвестного актера, чем выпроваживать очередную гризетку из приемной подающего надежды режиссера, тем более, что о браке он и не помышлял.
– Я люблю всех женщин, – теперь говорил он ей, не вспоминая о былых клятвах в верности.
Примадонна не стала дожидаться, когда их отношения совершенно остынут, и тайно обвенчалась со своим импресарио. Бо даже не заметил ее отсутствия, увлеченный юной испанской танцовщицей, чья гибкая фигура и кожа оливкового цвета просто сводили его с ума. Тем не менее испанку вскоре сменила отчаянная венгерская циркачка. Но лишь она уехала на гастроли, как он оказался в постели знакомой белошвейки, давно поджидавшей своей очереди. Софи была старше его, рассудительная и цепкая. Без излишних церемоний она отвадила всех молоденьких статисток, модисток, лореток и гризеток, часто поджидавших его у театрального подъезда. Бо ничего не оставалось как со всей горячностью броситься на штурм теперь уже не женских сердец, а основ будущей профессии.
Сеньора Вероника всячески поддерживала устремления тщеславного юноши. Она не собиралась возобновлять их отношения, но и не хотела, чтобы другая женщина привела его к успеху. Поэтому примадонну очень устраивала его связь с простой девушкой, которая никогда не сможет занять её место. Желая остаться в его сердце доброй феей, она порекомендовала мистера Уилкса через своего супруга в театр Комеди-Франсез, где как раз приступали к постановке новой пьесы, и нужны были помощники управляющему постановочной частью.
Оплата была невелика, но Бо получил возможность просмотреть весь процесс постановки, начиная с первого прочтения пьесы, подбора актеров до премьеры. Он не знал, что входит в его обязанности и брался за все, откликаясь на любую просьбу: сооружал вместе с декораторами макеты; если кому-то из актеров не понравился костюм, тут же бежал в костюмерную, рылся в тканях, отыскивая нужное; проверял готовы ли парики; с электриком устанавливал освещение каждой декорации. При этом старался не пропускать репетиций, придумывал мизансцены, часто удачные, подавал реплики. Он запоминал мимику актеров, интонации, паузы, взгляды, жесты – все, чем достигается отточенность техники игры. Актеры оценили увлеченность театром молодого помощника и в награду придумали ему маленькую роль с несколькими фразами, которой не было в пьесе, посчитав, что мальчишка только украсит спектакль. Так и случилось, зрительницы заметили стройного благородного друга главного героя и недоумевали, почему несчастная Дениза выбрала недостойного соблазнителя, а не его.
