— Теперь мы знаем, что у нас одинаковое строение, — проговорил рыжий и осекся.
— Вы что? Вскрывали Олега?! — я встала, на автомате доставая нож.
— Нет. Нет, — проговорил Хэн. А Игорь быстро отобрал у меня нож, и сильно надавив на плечо, усадил обратно на траву.
— Спокойно. Не сейчас и не здесь, — прошептал он.
— Человек, Олег, сам хотел знать, как мы устроены, — начал рассказывать рыжий.
— Хочешь сказать, вы его и пальцем не тронули? — спросила я.
— Нет. Я такого не говорил, — ответил рыжий. — Но мы не применяем силу без повода. Хранители оценивают наши действия! — на этом Хэн отошел от нас подальше.
Я обхватила голову руками, потирая виски.
— Кира, ну почему ты такая несдержанная! Мы из него информацию вытаскивали, парень оказался общительным, — тихо проговорил Макс.
— Тебе было велено не вступать в переговоры, — добавил Игорь.
Я промолчала. Села на траву и свернулась клубочком. Мысли были только об Олеге, а еще очень хотелось плакать.
Горо появился около трех часов дня. Подошел к нам и зло протянул лист бумаги. На нем был изображен мой портрет. Сначала я жутко смутилась, не понимая происходящего. Игорь вопросительно уставился на варда.
— Что это значит? Мы просили записку, письмо, — сердито проговорил он.
— Мы не можем прочитать вашу письменность, — ответил вард. — Другие символы. Даже числа не совпадают. Человек сказал, что может нарисовать ее. — При этом вард ткнул пальцем в мою сторону. — Человек сказал, что она подтвердит, что нарисовал он.
Рисунок сразу же передали мне. С волнением взяла портрет, пытаясь сообразить, что хотел сказать Олег. Лист бумаги был необычен. Твердый, как картон и безупречно гладкий с обеих сторон. Увидев мою заинтересованность, вард отметил, что бумага принадлежит им и это доказывает, что рисунок свежий. Я согласно кивнула, рассматривая нарисованное. Портрет был очень красивым, но вот детали заставили меня задуматься. Волосы были распущены, что не естественно для меня. Также Олег четко прорисовал мою ветровку, которую я надевала всего один раз, в тот злополучный день, когда охранник лабиринта загнал меня в тупик. Так я выглядела лишь раз, когда одевалась после того, как мы с Олегом… Зачем он нарисовал это? Меня затрясло от волнения. Увидев, свои дрожащие руки, я быстро передала листок Игорю.
— Что-нибудь можешь сказать о рисунке? — спросил Игорь.
— Да. Это точно нарисовал Олег, — как можно спокойнее проговорила я. Про себя размышляла, почему он нарисовал именно это? Столько всего можно было нарисовать в подтверждение его личности. Почему именно этот момент? Или он таким образом мне привет передает? Или вспоминает приятные моменты?
Парни, нахмурив лбы, разглядывали портрет.
— Нам нужен ключ, — напомнил Горо.
— Завтра в полдень, — решительно ответил Игорь.
— Слишком долго! — выплюнул вард.
— Скоро закат, мы не вернемся на поляну сегодня, — твердо проговорил Игорь.
— Завтра в восемь утра, здесь!
— Пусть будет так, — заключил Игорь.
— Вы согласны? — переспросил Горо.
— Да. Завтра в восемь утра мы принесем ключ и отдадим его вам в обмен на Олега.
— Если вы не появитесь, мы отрубим ему руку и оставим здесь. Вряд ли он после этого сможет рисовать, — вард криво усмехнулся и, махнув рукой рыжему, они покинули поляну.
— Все будет хорошо. Мы его вытащим, — уверенно проговорил Игорь, как будто почувствовал нарастающую во мне панику.
— Ничего они ему не сделают, — добавил Макс.
— Конечно, не сделают! Я сама передам им ключ в восемь утра, — решительно проговорила я.
— Рисунок не дал никакой информации? — расстроено спросил Демьян.
Я опустила голову, не зная, что сказать.
— Ты сказала, что это точно рисовал Олег, почему? — спросил Игорь
— Потому что, я вспомнила этот день, — начала объяснять я. — Видите, он четко прорисовал мою водонепроницаемую ветровку. Я ее лишь раз надевала. Это был день, когда на меня монстр в лабиринте напал.
— Почему волосы распущены? Было такое? — спросил Макс.
— Да. На поляне, возле дома хранителей, у меня случилась истерика. Я распускала волосы, — быстро проговорила я, не вдаваясь в детали.
— А потом снова собрала? — допытывался Макс.
— Да, когда успокоилась. Пошла, умылась в ручье, и заколола все, как было.
— Значит, поляна? — спросил Макс, обращаясь к Игорю. — Какая? До лабиринта или после?
— Вы думаете, варды просто поселились в доме хранителей? — с сомнением проговорил Демьян.
— А почему нет? Это мы их боимся, а не они нас, — заключил Макс. — Эти дома как будто созданы для участников.
— Кира. Ты уверена, что поляна? У нас нет права на ошибку.
— Да, уверена. Но… А если Олег нарисовал это исключительно, чтобы я подтвердила, что это он. Может быть, он не имел ввиду место?
— Тогда бы он фон нарисовал, или хоть что-то. Да и зачем ему вырисовывать твою куртку? — проговорил Макс.
Я промолчала, отвернувшись в сторону.
— Еще есть идеи? — спросил Игорь, кивая в сторону рисунка.
— А если Олег узнал что-то о возможностях Киры? Может быть, ей нужно надеть эту одежду и распустить волосы? — предположил Демьян.
— Точно нет. Прошлый раз ничего сверхъестественного не произошло, — скривилась я.
