Чаграй отвернулся и стал смотреть на дисплей перед собой. Там шли числа и диаграммы показаний приборов во время эксперимента.
- Разряд.
Инна Сергеевна отдала электроды медсестре.
- Бесполезно, - сказала Фазиля.
Инна Сергеевна положила руки на грудь Ковалёва.
- Прямой массаж сердца.
Сильные руки начали энергично давить на грудь.
- Раз, два, три, четыре, пять.
Фазиля открыла рот подопытному и вставила трубку для искусственного дыхания. Заёмный воздух наполнил лёгкие.
Раз, два, три, четыре, пять.
Выдох.
- 1,2,3,4,5.
Выдох.
Инна Сергеевна вытерла рукавом мокрый лоб и сказала Фазиле.
- Время смерти 13:17.
Чаграй сказал в пространство.
- Опыт окончен в 13:17 по московскому времени.
Куратор снял очки.
- Да уж! Поглощение душой человека. Или человеком души. Даже не знаю, что сказать. Сплошь восклицательные знаки.
Директор щёлкнул зажигалкой и затянулся. Красный огонёк заалел на кончике сигары. Изо рта поплыл белый дымок.
- Подождите, ещё не то увидите.
Лицо куратора обезобразила мечтательная улыбка.
- Когда-нибудь подобные операции будут просты и безопасны как бритьё наголо, - он рассмеялся и погладил себя по гладкой голове.
- Верно. Но никогда не будут столь же доступными, - вернул улыбку директор.
Куратор пожал широкими плечами.
- А зачем? У нас девяносто три процента населения верующие, вот пусть и отправляются к своему богу. А мы уж здесь как-нибудь сами.
Директор пыхнул дымом.
- Вы схватываете на лету. Перенаселение нам не нужно. Бессмертия достойны только те, кто может его себе позволить.
- Обидно, первый блин комом, - сказал куратор.
- Это нормально. Вы бы знали, сколько мышей и шимпанзе мы извели, пока добились результатов. Африка опустела. Это рабочий момент. К тому же, опыт вовсе не провалился.
- Но я думал…
- Нет, нет, - директор покачал головой. – На основании этого эксперимента мы получили бесценные данные и теперь можем провести коррекцию настроек. Второй раз будет гораздо лучше. Животные погибли не зря.
- Это радует, - сказал куратор. – Одного не пойму. Каким образом душу, уже несущую информацию об одном человеке можно подключить к другому телу? Ведь у него другая психика. Разве не будет отторжения? Разве смогут полностью совпасть параметры?
Директор улыбнулся и поднял палец.
- Вы умный человек. И у меня есть для вас ответы. Ещё одна дверь – святая святых.
- Не в этот раз, - куратор взглянул на часы. – На сегодня впечатлений хватит. Меня уже ждёт вертолёт.
Директор развёл руки.
- Что ж, будет повод вернуться.
Куратор блеснул белоснежными зубами.
- Можете не сомневаться.
Директор пыхнул сигарой.
- Всегда рады.
Чаграй подошёл к телу, поправил очки.
- Странно! Куда делась Анима?
- На то он и опыт, - пожала плечами доктор. Учёный повернулся к ней, снял очки.
- И то, правда. Как говорится, вскрытие покажет. Пакуйте его.
Инна Сергеевна повернулась к санитарам.
- Давайте аквариум.
Санитары подкатили прозрачную ёмкость.
- На раз-два.
Тело переложили в ёмкость. Плечи и ноги подсоединили к держателям. Накрыли стеклянной крышкой. Один из санитаров включил кнопку на боку и в стекле мигнул синий периметр.
- Куда его? В разделочную?
Инна Сергеевна поморщилась.
- В прозекторскую.
Армейский газик камуфляжной расцветки смотрелся в лесу вполне естественно. Резво прыгал по кочкам, замочил колёса в холодной грязи. Въехал на еле заметную тропинку. Хлестали ветки по железным бокам. Птицы вспархивали с кустов и деревьев пёстрыми стайками. Освобождённые ветки стряхивали на землю водопады капель. Пернатые провожали железного зверя суматошными трелями.
Газик въехал на просторную полянку, где уже стояла такая же пятнистая машина и микроавтобус. Около них курили четверо. С короткими бородками, в чёрных шапочках, в чёрных кожаных куртках.
Машина остановилась, из неё выскочил высокий крепкий мужчина лет тридцати пяти. Из-под чёрной шапочки выбиваются тёмные вьющиеся волосы. Куртка распахнута на груди. На свитере висит серебряный крестик с распятым Христом.
- Приветствую братья! – он пожал руки.
- Брат Симеон! – один из бородатых выкинул окурок и последним пожал протянутую руку. – Вам не стоило лично приезжать, - сказал он с мягкой укоризной. – Это опасно. Вы нам нужны для больших дел.
- Вы вышли из графика, брат Марк. Я не могу отсиживаться в безопасном месте, пока мои братья рискуют. Почему задержка? Много осталось?
Бородатый опустил голову, разглядывая льдинки, прилипшие к ботинкам. В лесу всё ещё немало талых мест.
- Группы Андрея и Фомы уехали отдыхать. Они немало потрудились на доставке.
- Это я знаю, - сказал прибывший. – Не юли. Говори как есть.
Над полянкой стоял тяжёлый запах крови. Из кустов вылез один из братьев, вытирая рот рукавом. Он увидел брата Симеона, кивнул, опустив глаза, и отошёл за машину.
Марк пригладил рыжеватую бороду.
- Всё оказалось сложнее, чем мы рассчитывали.
- Уже понял.
Брат Симеон подошёл к широкому пятну крови посередине полянки. Кровь почти смешалась с талой водой, превратилась в розоватую лужу. Через пару метров в рядок лежала длинная вереница трупов. Мужчин и женщин. Почти все молодые, до тридцати лет.
Брат Марк шагал рядом.
