Удостоверившись в отсутствии посторонних, Марат ступил на открытое место и окликнул Марину, энергичным жестом призывая ее бегом приблизиться. Та в ответ рассержено сдвинула брови и на цыпочках, дабы не поломать каблуки, посеменила по дорожке, на ходу оправляя юбку.
— Ты чего так вырядилась? — Не давая ей опомниться, беря в охапку и увлекая за угол постройки, поразился он. — Решила продемонстрировать мне новую коллекцию этого сезона?
— Жди больше! — Вырываясь, огрызнулась «модель». — Просто у меня гардероб не востребованный пылился — захотелось кое-что поносить, пока моль не пожрала! Считаешь, что мне кроме джинсов и спортивных ветровок ничего не подходит? Я должна была на себя рабочий комбинезон напялить? Тут тебе не глухие колхозные задворки — девчата по весне в трусах и лифчиках огороды не копают.
Она определенно ехидничала:
— Зачем звал? Нашел во лесу, во бору очередные сверхсекретные документы? Тебя на день одного оставлять нельзя — сразу какую-нибудь дрянь отыщешь! У тебя…
— Погоди…
Марат мягко ладонью зажал девушке рот.
— Слышишь?..
Он кивнул на дорогу.
— Что?
— Слышишь, машина едет?
— Ну… — Марина, отстраняясь, закрутила головой. — Тут все время машины ездят… Ты не знал?
— Знал. — Усмехнулся он. — Потому и затащил тебя сюда. Короче, оставляем все, как есть: дом, «жигуль», вещи, продукты и уходим. За тобой следили — с минуты на минуту тут будут профессиональные, квалифицированные чистильщики. По нашу душу… Понимаешь?
— Но дядя Костя уверял меня, что угроза миновала, и нам с тобой теперь можно смело возвращаться в Москву, если мы захотим. Я даже не успела ему передать твое послание — он сам заговорил про Славкин дневник и про манускрипт этого Виндхаузера. Наверное, к нему кто-то приходил и гарантировал нашу безопасность. Ты так не думаешь?
— Мое мнение узнаешь позже, а пока гляди туда.
Марат вновь указал на дорогу.
Справа от них показался черный «Ленд-Ровер» с тонированными стеклами. Полированная краска кузова внедорожника запылилась, капот дышал жаром. Проехав мимо ворот дачи, джип сбросил скорость, мигнул стоп-сигналами и замер у обочины. Из него вышли двое людей в добротных строгих костюмах и, не торопясь, направились к дому.
— Достаточно. — Подытожил Марат. — Пора делать дядям ручкой. Беги вперед и не оглядывайся. Я сзади прикрою. Держи курс перпендикулярно линии дачных участков. Если повезет — успеем выскочить на какую-нибудь дорогу и поймать попутку.
Он вынул из-за пояса пистолет.
— Беги, беги… Я догоню. Не волнуйся: Балабанов Аристарх Маратович попусту тебя сиротить не намерен. Впрочем, одну минутку… Поднимись-ка на мысочки…
Марат нагнулся и поочередно аккуратно лишил ее обувь каблуков.
— В тапочках по лесу бегать удобнее и для здоровья полезнее.
Они неслись сквозь березняк, словно преследуемые гончими собаками зайцы. Ветви деревьев хлестали их по рукам и ногам, к лицам приставали нити паутины, в волосах застревали клейкие молодые сережки. Несколько раз приходилось перепрыгивать широкие рвы с водой и огибать кучи строительного хлама.
Дав Марине приличную фору, он подозрительно быстро ее нагнал — та, конечно, ждала его поблизости, лишь немного углубившись в рощу и спрятав от взоров преследователей свой малиновый наряд. Теперь, пропитанный росой он потемнел, отяжелел и вытянулся — ворот провис, за него насыпалось лесного мусора, рукава по-боярски свесились. Платье превратилось в бесформенный, безразмерный балахон.
— Погоди… — Переходя на шаг, остановился у опушки Марат. — Так на люди показываться нельзя. Нас в машину никто не посадит, а пешком от погони не уйти. Тебе необходимо срочно переодеться.
— И что же ты можешь по этому поводу предложить: свою замечательную кожаную курточку и огромные джинсы? — Стирая со щеки грязь, съязвила девушка. — Или мне соорудить из веток топ и юбку в стиле жителей знойных тропиков? Собираешься выдавать меня за знакомую танцовщицу с Гаити?
— Нет. Мы сделаем проще.
Он порылся в сумке и достал оттуда футболку цвета хаки с надписью на груди: «Versace. Jeans couture». Встряхнув, передал вещь Марине.
— Я ее в Петрозаводске на рынке купил. Еще не надевал ни разу. На, носи на здоровье. Если сверху, действительно, пристроить мою куртку — получится вполне удобоваримый ансамбль. Сойдешь за роковую красотку из байк-клуба или за юную легкомысленную подругу бедного художника.
— Или за работницу сферы сексуальных услуг… — Подхватила та. — Ни за что!
Она подтянула вверх рукава и упрямо подбоченилась.
— Ступайте к дьяволу со своими идеями! Мне и так неплохо. Обсохнет, подсядет…
— Будет похоже на вещицу с придорожной помойки… — В тон закончил ее мысль Марат. — Спорить некогда! Переодевайся, да побыстрее — я нынче стрельбой развлекаться не желаю!
Он демонстративно отвернулся, дабы не смущать девушку, и с безразличным видом стал накручивать на палец гибкую березовую ветку.
