Ночь – любимая обитель кошмаров – способствует отчуждению, лишая субъекта психической энергии, но это также и подходящий момент для открытий. Поэтому нужно уметь разбираться в собственной ночи. Она представляет собой непосредственность и конкретность всей бессознательной структуры человека. Субъект, который хочет понять собственную сущность, должен всегда мысленно сопоставлять свою сознательную деятельность с содержанием ночных сновидений.
В период бодрствования наше сознательное «Я» постигает мир через стереотипы, одобренные монитором отклонения, тогда как бессознательному мир открывается во всей своей реальности, позволяя ему видеть объективное соотношение вещей с его образом бытия. Сознательное «Я» знает поверхность реальности, а бессознательное – напротив – тот квант реальности, который наполняет сознательное «Я», каким бы оно ни было, тот более полный универсум, отобранный для него.
Итак, сновидения можно подразделить на три типа в зависимости от факторов, их вызывающих. Этими факторами являются: 1) анамнез субъекта (его образ жизни, семья, чувства и т.д.); 2) воздействие семантического поля и других событий, имевших место в течение предыдущего дня; 3) чужеродные инкубации.
Сновидения анамнестического и семантизированного характера можно отличить друг от друга по тому, как субъект его рассказывает. Если речь идет об анамнестическом сновидении, то субъект пересказывает его как самодвижение «Я», как любимые и пережитые выборы, то есть как здоровую часть собственной личности, которую он несколько нерешительно вербализует, стремясь защитить. Собственную личность он защищает сознательно, оказывая определенное сопротивление, если психотерапевт попытается атаковать его.
Если речь идет о сновидении, вызванном семантическим воздействием, то, рассказывая о нем, субъект как и в повседневной жизни, вместо того чтобы защищать собственную личность, соглашается с семантизирующим индивидом. Пассивный получатель семантического поля охраняет семантизирующего, желает его, будучи им захваченным и убежденным, хотя на словах все это отрицает. Семантизирующий всегда действует «по верхам» в стиле «токката и фуга»: он забирает и уходит. Семантизированный же, наоборот, остается захваченным, связанным, а своей убежденностью именно он провоцирует данную ситуацию и ее реализует.
Сновидения третьего типа – сновидения, вызванные чужеродными инубациями, отличает то, что субъект предстает в своем сне случайным персонажем этого сновидения: его сознание подобно сознанию человека, который в общем-то случайно оказался в баре или в кинотеатре, и с ним случилось что-то, в сущности, приятное. Он пересказывает сновидение как некое случайное происшествие: он действовал спонтанно, и ему это понравилось. Если в сновидениях предшествующих типов намерение субъекта прослеживается вполне отчетливо, то в данном случае оно размыто. Заметны отстранение и определенная поверхностность субъекта: его можно сравнить с мальчишкой, который, проходя мимо усыпанной ягодами вишни и не увидев никого рядом, влез на дерево и нарвал вишен, хотя раньше и не собирался этого делать.
Действие монитора отклонения вызывает два следствия.
1) Системное манипулирование всеми процессами человеческого познания. Чем больше оно стремится к научности и проницательности, тем менее точным становится. Таким образом, первое следствие заключается в системном манипулировании всеми процессами человеческого познания, особенно тогда, когда они нацелены на сохранение и развитие человеческого вида.
2) Опосредование любого чужеродного, нечеловеческого или внеземного вмешательства. Внедренный в мозг человека монитор отклонения создает радиомост между человечеством и внеземными цивилизациями[142]. Субъект превращается в мостик для цивилизаций, достигших высокого уровня развития технологии нейронных коммуникаций.
Некоторые виды существ неземного происхождения способны беспрепятственно воздействовать на сознание человека с помощью монитора отклонения: речь идет о так называемых «чужих», которые всегда служили персонажами для определенного рода литературы, рассказов о НЛО, демонах, ангелах, фантомах, духах, тенях ночи.
