— Как он обогнал меня? Я встал до подъёма…
— Он скоро ночевать там начнёт, — хмыкнул Исгельт, прислоняясь к стене рядом с Гедимином. — Понимаю, сам таким был… Ассархаддон выходил на связь, хотел узнать одну деталь…
— Ассархаддон? Где он? Не на базе?
Исгельт покачал головой, но в подробности вдаваться не стал.
— У него вопрос к тебе, атомщик. Твой реактор-Прожигатель работает, мы все это видели. А можно сделать из него дополнительную пушку? Такой портал, открытый в плотной области, взорвётся, как термоядерная бомба. Как у него с прицельностью и скорострельностью?
Гедимин вздрогнул. «Началось,» — он не хотел выдавать эмоций, но глаза против воли сошлись в тёмные щели. «Ещё одна бомба. Будто уже сделанных мало…»
— Это не пушка, — угрюмо ответил он. — Один-два Прожига в сутки, не больше. Иначе реактор взорвётся.
— Взорвётся… — протянул Исгельт, глядя на него в упор. — И избежать этого невозможно? Так я понимаю?
Гедимин молча кивнул. «Хольгер не стал делать бомбу,» — думал он, чувствуя, как неприятный холод выползает из-под рёбер на кожу. «А я их уже наделал. Хватит.»
— Понятно, — сказал Исгельт, отводя взгляд. — Неустранимый дефект конструкции…
Глайдер загудел, предупреждая о скорой посадке.
…Гедимина высадили у реактора, транспорт полетел дальше, к порталу. Несколько секунд сармат глядел ему вслед, потом осмотрелся. Кислородная станция Кумалы стояла на прежнем месте, но её отключили, и никто за ней не следил; шлюз реакторного купола, по всем признакам, не открывался с тех пор, как Гедимин закрыл его. Сармат ненадолго замешкался, оглядываясь на купол Хольгера, но потом решительно свернул к реакторному.
Давно пора было сделать запуск автоматическим — ввести период обязательного ожидания, отслеживаемые параметры, уровень показателей для безопасного пуска — но Гедимин не торопился. Что-то настораживало его в самой этой идее, и он, как ни фыркал на него Хольгер, запускал реактор вручную — каждый раз, когда это было нужно, и сегодня с утра — тоже. И в лабораторию он вернулся только пятнадцать минут спустя — через двадцать минут после запланированного начала экспериментов на Эк Чуахе.
— Дугал на связи! — услышал Гедимин, едва вошёл под лабораторный купол. Посреди тесной комнаты растянулся голографический экран. Он мигнул, ненадолго погаснув, и зажёгся снова, показывая столпившимся сарматам серо-белесое изображение. Это был участок крупной сферы — какой-то планетарный рельеф, показанный с большого расстояния.
— Прокол диаметром один метр удерживали пять минут, дрон сделал несколько снимков с ближайших точек, — быстро пояснял Хольгер. — Вот ещё один.
Дрон сдвинулся к краю сферы, и из-за планеты проступил участок космической черноты с отдалённым световым пятном жёлтого цвета. Какая-то тёмная точка слегка загораживала ближайшую звезду от дрона. Гедимин растерянно мигнул.
— Это наша галактика? — спросил он. Хольгер, отвернувшись от экрана, укоризненно на него посмотрел.
— Ты не узнал первый снимок? Дугал специально его сделал. Сердце Плутона! Ну неужели никогда не видел?
Гедимин снова мигнул. Устройство Солнечной Системы он, разумеется, знал, но Плутоном и его орбитой сарматы по большей части ругались, а не интересовались…
— Значит, они попали в цель? — выцепил он главное из недовольной тирады Хольгера. — И это — вид на Солнце с орбиты Плутона? А что оборудование? Сработало правильно?
— Всё цело, ничего не взорвалось, — успокоил его Айзек. — Ну как, похоже на вид с Энцелада?
В наушниках послышались смешки. Гедимин фыркнул.
— А что так близко подошли? Я думал, в кадре будет система Плутон-Харон. А они почти влепились в поверхность Плутона. Так и было задумано?
— Ты прав, атомщик, — посерьёзнел Хольгер. — Они в самом деле подошли слишком близко. Придётся уточнить координаты. Амос, отправь всё это Альваро, пусть передаст Константину. Через час Дугал сделает ещё две попытки. Надеюсь, с поверхностью он разминётся.
Кто-то тронул Гедимина за локоть. Обернувшись, сармат удивлённо взглянул на Кумалу. Конструктор тоже был здесь, и с ним пришли трое филков в экспериментальных скафандрах — почти такой же был сейчас на Амосе, определённо не участвующем в опытах Кумалы.
— Эксперименты по Прожигу потрясают воображение, не правда ли? — застенчиво улыбнулся конструктор. — Дугал по моей просьбе испытывает новые материалы в условиях Эк Чуаха. Надеюсь, однажды мы увидим портал на их базу прямо на поверхности Луны.
— Лишь бы в грунт не врезались, — буркнул Гедимин, снимая его ладонь со своего локтя. — Хольгер, что скажешь? Добьются такой точности?
Хольгер развёл руками.
— Теоретически координаты можно задать для любого квадратного миллиметра в пределах Солнечной Системы. Практически же… У нас очень неудобный объект отсчёта.
— Я слышал о нём, — снова оживился Кумала, втискиваясь между Гедимином и Хольгером; ремонтник покосился на конструктора, прижавшегося спиной к его груди, и отодвинулся, насколько позволяла тесная комната. — У этого объекта есть название?
Сарматы переглянулись.
