— Капитан Стивен, Гедимин Кет на борту, — сказал один из них в коммутатор. — Понял.
В капитанскую рубку его не пустили — Стивен сам вышел ему навстречу. Гедимин не сразу узнал его, — в тяжёлом экзоскелете с усиленным вооружением сармат стал крупнее, и во взгляде прибавилось уверенности. Ремонтник вежливо шевельнул ладонью в приветственном жесте и с изумлением увидел, как Стивен подаётся назад, и его глаза темнеют, будто от испуга.
— Меня приписали к твоему кораблю, — сообщил Гедимин. — Проверь назначения.
Стивен, вяло кивнув, покосился на передатчик.
— Приказ Тохиля Криоса… — прочитал он вполголоса. — Приказ… Да, ты на моём корабле. Идёшь в кочегарку… реакторный отсек и проверяешь реакторы. О пробных запусках предупреждать. Твой позывной — «
—
— У нас нет второго, — мрачно отозвался Стивен. — Нам и тебя много. Иди!
Сармат удивлённо мигнул, но спорить не стал. «Ну, может, капитан из него лучше, чем лаборант,» — думал он, вслед за солдатом перебираясь с палубы на палубу по направлению к центру корабля. «Вроде спокойно поговорили.»
Реакторный отсек закрылся изнутри, превратившись в герметичный шар; внутренних запасов кислорода должно было хватить на месяц. Гедимин подошёл к щиту управления, всем весом опустился в кресло, качнулся, проверив его на прочность, и довольно хмыкнул. Мониторы не показывали ничего интересного — обычные параметры двух реакторов на третий день после планового останова.
«Новые,» — не без удивления отметил Гедимин. «Как вчера со стапеля.»
—
—
— Тихо! — судя по звуку, второй пилот толкнул его в бок. — Голос узнал?!
— Гедимин Кет, — подтвердил его догадку ремонтник. — Сайджин и Йенью?
— Да мы-то мы, — протянул Йенью Гварза. — Но вас мы тут не жда… Ай! Извините. Но это, правда, неожиданно.
— Учения были? — деловито спросил Гедимин.
— Два дня назад, — ответил Сайджин. — За реактором был я. Хорошо отстрелялись.
— Не сомневался, — кивнул Гедимин. — Но реактор надо проверить. Пробный запуск?
Из далёкой рубки послышалось хмыканье и тихие смешки.
—
— Давай, — сказал Гедимин, занося руку над пультом управления. —
—
Филк с баллончиком краски снял с Гедимина трафареты и, на несколько секунд направив на него распылитель тёплого воздуха, поднял рычаг. Сармат отделился от стапеля и отошёл к стене, уступив место следующему. Филки работали вдесятером, одолжив у техников оборудование и расставив его вдоль безвоздушного коридора, — на базе негде было поставить стапель под тяжёлый экзоскелет.
Гедимин посмотрел на свою броню. Она осталась чёрной, только на руках от подмышек до локтей появились параллельные серебристые полоски.
— Выбрался? — Йенью Гварза, увидев сармата в толпе, подошёл и посмотрел на его раскраску. На его тёмно-сером скафандре тоже были такие полоски, но, кроме них, были ещё символы на наплечниках — угловатые знаки, составленные из трёх линий — чёрная внутри, две жёлтые по краям.
— Что это? — спросил Гедимин, тронув наплечник. — Мне такого не нарисовали.
Йенью удивлённо мигнул и завертел головой вместе со шлемом, высматривая кого-то среди сарматов, идущих к базе.
— Сайджин! Иди сюда.
—
«На воздух» — в помещения «Мары», наполненные смесью газов, пригодной для дыхания — уже ушли почти все; нанесение опознавательных знаков подходило к концу. Кто-то принёс филкам ещё десяток кислородных баллонов, чтобы они могли доработать без перерыва.
— Подожди, — остановил его Йенью. — Посмотри на Гедимина. Ему не нанесли знаки отличия. Вон там стапель освободился — подойди и скажи, чтобы подождали.
— Не нанесли знаки? — Сайджин мигнул, внимательно посмотрел на плечи Гедимина и даже потрогал броню. — Вот странно… А какое у тебя звание?
Сармат растерянно пожал плечами.
— Звание? Никакого. Откуда оно у меня? Я не военный.
Пилоты переглянулись.
— Вот это очень странно, — пробормотал Сайджин, открывая передатчик и разворачивая перед Гедимином страницу с информацией. — Смотри. Мы с Йенью — и почти все атомные пилоты — сержанты атомофлота. Видишь знак?
Гедимин мигнул.
