«Проскочили,» — Гедимин, подавив облегчённый вздох, забрался в фургон. «Плохое место для контрабанды. Плутоний тут не провезёшь.»
…Кенен, выслушав его бурчание, ухмыльнулся.
— Эти патрули очень бдительные! Не беспокойся, я знаю, чего от них ждать. Выловил свои камешки?
Гедимин кивнул на груз неровной формы, обёрнутый брезентом и увязанный в подобие мешка. Вылавливать ничего не понадобилось — субстрат при выгрузке просеивали, и все камни остались на решётке. Гедимин проверил их омикрон-излучателем — обсидиановая линза исправно концентрировала луч, в отличие от тёмного стекла со дна кратера, — сармат проверил и его, но ничего интересного не обнаружил.
— И что теперь? Освободить под тебя литейную станцию? — Кенен недовольно сощурился на передатчик. — Я сказал Зету, что это не радиоактивно, но он не слишком рад.
Гедимин пожал плечами.
— Это просто камень. Он расплавится и застынет.
Пластины из тёмного вещества медленно остывали в потоках воздуха. Гедимин рискнул снизить его температуру на десять градусов, чтобы ускорить охлаждение, — линзы получились равномерными, кристаллизации удалось избежать, и готовые детали, затвердев, уже не сминались под пальцами, — ещё немного, и можно было их испытывать.
«Три сборки на пульсацию,» — Гедимин разглядывал чертёж перед тем, как его стереть. «Три с каждой стороны. По одной на сигма-луч, — этого хватит. Переставить экран вот на этот твэл, и поток накроет все три. Дополнительные линзы… интенсивность должна утроиться. Но надо будет сразу это проверить.»
Остывшую литейную станцию уже заняли рабочие Зета, и она, перемешивая новый расплав, зажгла красные светодиоды и подсветила предупреждающие знаки. Гедимин, задумчиво глядя на неё, думал, что пора делать новый твэл — двуслойный, как и предыдущий, но с другим составом топлива. Чистый кеззий у него ещё оставался — считанные граммы, всё остальное пошло на изготовление флии. Смешивать с ирренцием нужно было именно чистый — примесь серебра могла всё испортить.
Передатчик громко задребезжал. Гедимин, забывший о существовании Кенена и его заказов, вздрогнул от неожиданности и нехотя принял сигнал.
— Джед, я знаю, ты ничем не занят, — деловито сказал Маккензи. — Мойся и выходи. Через полчаса тебя ждут в «Сю».
— Где? — сармат растерянно мигнул.
— «Сюаньхуа», — пояснил Кенен. — У них там потоп. Рвануло что-то из крупных труб, девчонок едва не смыло. Езжай, разберись, запчасти они оплатят.
Гедимин снова мигнул.
— Больше послать некого? У меня тут остывают линзы…
— И ты лично на них дуешь, — Кенен насмешливо хмыкнул в коммутатор. — Давай, Джед, не тяни! Зет присмотрит за твоими стекляшками.
…Глайдер затормозил у соседнего здания. Место аварии было заметно издалека — перед вывеской с белыми цветами растекались лужи, покрывая каждое углубление дорожного покрытия, и всё вокруг блестело от воды.
— Бывает же! — хмыкнул молчаливый пилот, оглянувшись на Гедимина. — Будто дождь прошёл. Да, я так и подумал. Еле вспомнил, что мы на Луне.
— Серьёзная утечка, — пробормотал сармат, глядя на воду. Над улицей стоял, не развеиваясь, запах неизвестных, но знакомых Гедимину веществ, — по-видимому, они были подмешаны в жидкость и теперь испарялись вместе с ней. Редкие глайдеры объезжали лужи по широкой дуге.
На дверях «Сюаньхуа» висела красная перечёркнутая табличка, и навстречу Гедимину, вошедшему в вестибюль, шагнул охранник в лёгком экзоскелете.
— У нас тут закрыто, — извиняющимся тоном сказал он, выставляя перед сарматом вытянутую «клешню». — Вам, мистер…
— Кто там? — раздражённо спросила из коридора одна из самок.
— Ремонтник, — буркнул Гедимин, недовольно щурясь на охранника. — Звали?
— Прошу прощения, мистер Джед, — самка, вынырнув из-под занавески, облегчённо вздохнула. — Проходите. Тьягу, закрой уже дверь изнутри!
— Да, мэм, — охранник, опасливо покосившись на сармата, склонился над запирающей панелью. Издалека доносились плеск воды и приглушённая ругань на несколько голосов. Гедимин посмотрел под ноги, — большая часть жидкости вытекла наружу, но пол остался мокрым, и запах распространился на вестибюль. Занавеси в коридорах были подняты, внутри здания зажгли верхний свет, в коридорах блестели лужи, а на стенах белели хлопья высыхающей пены.
— Где прорвало? — спросил Гедимин у выглянувшей самки в мокром красном платье. Она стряхнула с подола пену и жестом позвала его за собой.
— В этом-то и проблема, — быстро говорила она по дороге. — Наш водопровод — ветка от автономки. Первый прорыв у нас — сорвало вентиль…
— Вентиль на отводе? — Гедимин сузил глаза. «Внезапно возросший напор? Авария на магистрали?»
— Вы, кажется, поняли, — мрачно кивнула самка. — Какая-то авария под автономкой. Сможете сбавить напор, не влезая под фундамент? На той стороне говорят, что у них нет проблем, и вас туда не пустят.
Гедимин пожал плечами.
— Смогу. Тогда прорвёт у них. В любом слабом месте.
Самка подняла на него хмурый взгляд и едва заметно усмехнулась.
