«Это не просто кучка изгоев. У них ядерное вооружение и мгновенный доступ в любой уголок галактики,» — рассказывал о серьёзности угрозы кто-то из Совета безопасности. «Мы должны были пресечь мятеж ещё на стадии атак на грузовые корабли. Сейчас идёт полноценная война, и на ней не будет нейтральных сторон. Каждый сармат, знающий что-то о «Взрывнике» или его союзниках под позывными «Торий» и «Кецаль», должен немедленно сообщить нам — или он будет зачислен в сообщники и понесёт заслуженное наказание. Четвёртой космической войны мы не допустим.»
— Что ты всё ищешь? — спросил Иджес, заглядывая в монитор через плечо Гедимина, листающего страницы.
— Давно нет новостей от «Елизаветы», — отозвался тот. Иджес хмыкнул.
— Думаешь, они догнали «Взрывника»? Тогда мы об этом и вовсе можем не узнать. Кто расскажет-то?
«Жаль корабль,» — думал Гедимин, вспоминая, как в последний раз входил в реакторный отсек бывшего «Бета». «Предельно глупая гибель.»
В наушниках хрюкнуло. Гедимин, не оборачиваясь, недобро сузил глаза. Люк, ведущий наружу, к щиту управления, он за собой закрыл, сквозь экраны никакая связь не пробивалась, — кто-то вслед за ним залез в активную зону, и сармату это не нравилось.
— И… к чему это? — спросил, помедлив, тот, кто стоял за спиной. «Кенен,» — поморщился Гедимин, закрепляя на постаменте очередной твэл. Там уже стояли рядами трубчатые кожухи, заполненные борной кислотой, — восемь справа, восемь слева, восемь спереди. Дуга активной зоны, когда-то непрерывная, разделилась на три изолированные части; сейчас ипроновые стержни и плёнки защитного поля держали твэлы «погасшими», но Гедимин уже видел, как будет распределяться излучение, и как под его пучками раскрутится ротор. В руке он держал запасной термодатчик — ненужную в конструкции деталь, как обычно, добавляемую для люфта, и думал, не добавить ли ещё пару — или, возможно, заедающий на спуске стержень, как более крупный изъян в прочном сооружении.
— Чего тебе? — спросил он, не оборачиваясь.
— Это всё стояло по-другому, — недовольно сказал Кенен. — Зачем переставил?
Гедимин от неожиданности фыркнул и едва не обронил датчик.
— Тебя забыл спросить, — ровным голосом отозвался он, проворачивая дугу управления и поднося очередной твэл к незаполненной ячейке. Дуга вертелась легко — электромагнит ещё не зафиксировали на своде отсека. Сармат перехватил твэл и опустил его до упора. Ирренций приятно согревал пальцы.
— Опять эксперименты? — спросил Кенен. — Решил перестроить реактор?
Гедимин неопределённо повёл плечом и передвинул почти опустевшую дугу немного левее. «Теперь этот…»
— Этот вариант не будет взрываться? — не отставал Кенен. Гедимин пожал двумя плечами, думая, что пора прервать работу и выдворить Маккензи из активной зоны — делать ему тут нечего, а его странные расспросы сильно отвлекают.
— Понятно, — протянул Кенен. — Ты ещё сам не знаешь. Надо полагать, эту модель ты тоже будешь три года испытывать?
Гедимин снова пожал плечами. «Может, он завтра взорвётся,» — думал он, заполняя ячейки топливных сборок. «Может, покажет себя хорошо. С ним, как и с тем, что-то не так. Может, я успею разобраться, что именно. Сюда бы нормального физика…»
За спиной сармата закрылся люк — Кенен наконец вышел. Гедимин, облегчённо вздохнув, притронулся к пластинам на висках. Лицо обдало ровным теплом, — обычный эффект сигма-излучения, зацепившего нервные окончания; сармат ждал пять минут, но привычные волокнистые щупальца так и не проявились. «Понятно,» — Гедимин поднёс руку к шлему, но опустил её, так и не вернув пластины на место. «Ну ладно.»
Ему было слегка не по себе — будто кто-то обещал выйти на связь и не вышел. Гедимин еле слышно хмыкнул. «Переживаешь за живой реактор? А надо бы радоваться, что этот бред закончился. Эта штука и так нарушает законы физики…»
Выбравшись из замаскированного люка в трюме бывшего корабля, он едва не сбил с ног Кенена. Тот, ничего не замечая, стоял над самой крышкой, держал пальцы над передатчиком на запястье и сдавленно шипел. Гедимин, схватив его за плечо, крепко встряхнул. Кенен, выругавшись, развернулся к нему.
— Ну чего… А, Джед. Что такое?
— Ты на люке стоишь, — сказал Гедимин, пытаясь заглянуть в передатчик, уже прикрытый ладонью Маккензи. — Что там за срочность? До рубки не дотерпеть?
Кенен поморщился.
— Да там не срочность. Там полный срыв резьбы. На, читай.
Он развернул голографический экран. Сначала Гедимин увидел фотографии дымящихся воронок и разбросанных остатков многосекторных куполов. «Теракт на Титане» — гласил крупный заголовок, выделенный красным. «Мятежники-сарматы уничтожили метанодобывающую базу. Похищен крупный рабочий модуль с системами жизнеобеспечения.»
— Л-лиск! — выдохнул он. Взгляд никак не фокусировался — прыгал через строчку, приходилось перечитывать по два-три раза. «Вышел над поверхностью, снёс базу, подцепил модуль и ушёл, отстреливаясь. Решил всё-таки построить колонию?» — Гедимин криво ухмыльнулся.
