Управлять тремя могучими лошадьми с помощью хлыста при повороте на полной скорости было непростой задачей. Один из погонщиков в первом заезде потерял управление и налетел на платформу. Его колесница перевернулась. Вовремя сориентировавшись, мужчина молниеносно вытащил кинжал и перерезал намотанные вокруг него поводья, тем самым не оказавшись под упряжкой.
Это вызвало бурные эмоции у всех пришедших на соревнования.
Во втором заезде внезапно испугавшиеся лошади вдруг резко затормозили на круге. Погонщик рванул вожжи, чтобы заставить животных двигаться, и тут же был отброшен под обгонявшую его и не успевшую затормозить упряжку. Несчастный был тут же затоптан несущимися словно ураган племенными жеребцами.
Да! Троечные бега – это была не просто демонстрация мастерства, это было и жестокое зрелище.
К старту подошли оставшиеся четыре упряжки. Среди них был и светловолосый мужчина в черном костюме на своей тройке вороных. Он бросил взгляд на большой балкон с «отцами города», находившийся практически рядом с беговыми дорожками. Рядом с Великим Шерифом он заметил очень привлекательную девушку с длинными рыжими волосами, рассыпанными по плечам. Их глаза встретились. Она не улыбалась, но ему показалось, что весь воздух вокруг нее стал переливаться каким-то перламутром, словно жемчужины в прозрачной воде, подставляющие свои бока под яркое солнце. У него было странное ощущение от того, что ее глаза как будто зовут его.
В этот момент к девушке сзади подошел высокий мужчина. Статный рост, достаточно ярко выраженные резкие, угловатые черты лица, густые вздыбленные черные волосы и красноватая кожа выдавали в нем уроженца планеты Арес. Вновь прибывший по-свойски обнял девушку и, не стесняясь присутствующих, крепко поцеловал ее в яркие коралловые губы. А затем, развалившись в кресле, он с презренным высокомерием посмотрел на возниц.
Великий Шериф снова взмахнул платком, и четыре упряжки ринулись вперед.
Гонщики должны были оставаться в пределах своей полосы движения в течение двух кругов, после чего они могли свободно бороться за лучшую позицию. По мере того, как гонка подходила к концу, тактика становилась все более жестокой. Погонщики хлестали соперников, стараясь выбить их из повозки. Некоторые пытались сломать ось чужих колесниц мощным ударом своих колес.
Погонщики буквально притягивали и гипнотизировали зрителей демонстрацией смелого мужества, умелого управления лошадьми и тактической изобретательностью. Тройкисты стремились к победе любой ценой, сочетая скорость, силу и риск.
На трибунах нешуточный накал страстей достигал критической точки. Кое-где возникли стычки между болельщиками, многие женщины срывали со своих тел одежды, предлагая себя будущему победителю или полюбившемуся им погонщику.
Последний поворот перед финишем. Тройка смоляных коней неслась к нему со всей прыти. Утяжеленная колесница с немного увеличенным правым колесом заметно выигрывала у своих облегченных версий. Она хорошо вписалась в поворот, и светловолосый погонщик погнал свою черную "трёхглавую птицу" по финишной прямой. Он не видел, что произошло за его спиной. Только понял по возбужденному, смешанному с ужасом крику зрителей, что произошло что-то ужасное.
Мужчина достиг конца платформы, и последний золотой шар на подставки указал на то, что все семь кругов пройдено. Погонщик обернулся, и перед его глазами предстала страшная картина: две колесницы валялись перевернутые у другого конца платформы, а третья неслась прямо на него, таща за собой не успевшего освободиться от поводьев погонщика.
Тут же к лошадям выскочили два помощника наездника. Они бежали рядом с животными, стараясь держаться подальше от них, чтобы они их не задели. И, наконец, схватив одной рукой ближайшее дышло, а свободной поводья, остановили лошадей. К валявшемуся окровавленному телу на песке подскочил доктор, но было уже поздно. Это была последняя гонка для несчастного.
Победитель бросил взгляд на балкон. Рыжеволосой красавицы там не было. Мужчина, в глубине души пожалев, что она не увидела его победу, глубоко вздохнул и, обернувшись к ликовавшим трибунам, отвесил глубокий поклон.
Он покидал арену через большой, широкий пилон, украшенный сверху колесницей с тремя крылатыми конями. Покидал, чтобы на завтра вернуться и продолжить соревнования в "Троечных бегах".
Бари не любил бывать в резиденции Великого Шерифа – слишком многолюдно, слишком шумно, слишком ненатурально и манерно. Несмотря на то, что Тильбюри была планетой свободных и равных граждан, посещая Великого Шерифа, казалось, что ты попадаешь на какую-то планету в совершенно другом измерении. И если за пределами резиденции одежда и украшения соответствовали главному принципу: удобно и функционально, в административном здании главы одежда и украшения были одним из немногих способов показать себя на фоне других граждан и выделиться из толпы. Каждый приходящий пытался нацепить на себя что-то эдакое, привезенное из далека или приобретенное на межпланетных торгах, хвастливо выставляясь друг перед другом.
