Нырнул — сильно сказано. Я тут же сначала зацепился полой за какой — то острый каменный осколок и чуть было не порвал многострадальный плащ. А потом здорово приложился сгибом крыла, выступавшим у меня над плечом, о каменный выступ. Вот незадача, а я еще и двух шагов не сделал. Прошел еще десяток ступенек, туда, куда свет от входа уже не достигал, оглянулся. Никаких факелов в держателях. Ну что ж, как — то же вниз спускались? Надо дождаться, пока глаза немного адаптируются. Тем более у икаров это происходит быстрее, чем у людей, а за счет большей величины икаровских глаз я, по идее, должен видеть в темноте лучше человека.
Наконец чернильная темнота впереди действительно сменилась какой — то темно — серой хмарью, по крайней мере на пару шагов вперед я стены видел. Ну или догадывался, что вот это — они. Не переставая одной рукой ощупывать стену впереди, а второй, с кинжалом, шарить на уровне лица, я шаг за шагом осторожно продолжил путь. Ступенек через двадцать коридор наконец немного расширился, я перестал тереться крыльями о стены и стало возможно выпрямиться. Так же аккуратно спустился еще шагов на сорок.
Не — е, так дело не пойдет. Я могу просто пропустить какой — нибудь поворот или отнорок, в который и надо будет сворачивать. И это хорошо еще, что коридор пока идет по прямой, если обернусь — увижу выход. А если он повернет? В голову полезли кадры из фильмов, где герои теряют дорогу в подземных лабиринтах. Вот блин! Против моей воли в голове нарисовалась такая картинка, где этим героем был я. Даже померещилось, что стены как — то сузились, обступили и вот — вот зажмут в своих каменных объятиях. По спине забегали мурашки, захотелось вздохнуть полной грудью, потому что показалось, будто стало не хватать воздуха. В сознание впрыгнула паническая мысль: «Надо бежать наверх! На воздух!».
Спокойно. У меня же есть кремень. Достал из рюкзака сильно смахивающий на продающийся во всех туристических магазинах кремень в виде стержня и чиркнул по нему обухом кинжала. Сноп искр высветил неширокий ход с заваленным мусором полом, низким потолком, до которого я почти доставал головой. А метров через пять — поворот. Ну вот, дождался! Я отмахнулся от отчаянно трусящего альтер эго и относительно смело прошагал эти пять метров. Опять высек искры. Поворот налево, под прямым углом, а за ним — все тот же спуск вниз. Во тьму. И тьма, кстати, сгущалась — за поворот даже остатки света от входа уже не проникали.
Блин, ну куда меня несет? А если кремень кончится? Или нет, я его оброню? Непроизвольно сглотнул слюну. И шагнул за угол.
До следующего поворота я так и продвигался: чирк огнивом — пять осторожных шагов, чирк — пять шагов. Так и добрался до следующего поворота. Снова налево. А когда повернул, то внизу, там, где должен был быть следующий левый поворот (логику строителей я понял), мне показалось какое — то еле — еле видное красноватое свечение.
Здрасте! Ну вот и преисподняя! Как — то недалеко оказалась. Ща как припрусь, как черти удивятся — сам пришел!.. Интересно, юморю — это истерика подкатывает? Мне же офигеть как страшно! Сердце, между прочим, бухает так, что, наверно, наверху слышно. Кстати, а что там наверху? Не явились еще по мою душу? Интересно, где здесь лока возрождения? Если прямо в крепости, то мне бы поторопиться: у эльфа штраф скоро закончится и тогда у меня начнутся очень большие проблемы.
Занятый невеселыми мыслями, я тем же макаром добрался до следующего поворота. Неожиданно за ним обнаружился горизонтальный коридор. И при этом освещенный! Как же я обрадовался свету! Пусть даже его источником выступали три масляных светильника — коптилки, расположенные в нишах коридора метров через пять друг от друга. Всего три светильника — небольшие плошки с носиком, в котором пристроен фитилек, и язычок пламени меньше чем ноготь мизинца — но при их неровном свете уже можно был хоть что — то разглядеть. Разглядел я оформленный аркой проход в конце короткого коридора, заваленный крупными глыбами. Тупик.
Все, приехали? А как же «не выпускать»? Или «караулить»? Или «продержать»? О чем же говорили убитые? Вот ведь! Не помню.
Осторожно ступая, подошел к тупику. У самого завала на земле валялся факел. Ну хоть что — то! Схватив деревянную рукоятку, я попытался запалить его от ближайшего светильника. Не тут — то было! Факел представлял собой стержень на деревянной рукояти, обмотанный веревкой с пропиткой и обрамленный решеткой, снять которую я не представлял как. Попробовал поднести факел к малюсенькому пламени коптилки — огонь до веревки не доставал. Может, капнуть маслом из плошки? И что это даст? Пламя по струе не стечет. Но я попробовал — неудачно. Может, все же как — то сбить решетку? Поковырял кинжалом, постучал рукоятью. В конце концов шарахнул факелом по краю ниши со светильником. Бесполезно.
Промучившись так несколько минут, я обозвал себя дебилом, вспомнив про огниво, которое убрал в рюкзак, как только вышел на свет. Буквально со второй попытки факел занялся. Наконец — то!
