– Итак, поздравляю вас, первые настоящие жители цифрового мира. Настоящие, потому что выйти отсюда просто так вы пока не сможете. Сразу предупреждаю, любая попытка внешнего принудительного отключения для вас станет смертельной. Я позаботился и об этом и продемонстрировал в мире реальном, что это не пустая угроза. Но я не зверь и не злодей, поэтому запирать вас навсегда в мире «Китежа» было бы слишком жестоко. Любой, кто сможет войти в Храм Абсолюта на девяносто девятом Радианте – отдаст приказ на отключение. Ну если захочет, конечно. А до этого – живите.
Толпа заревела и заорала все разом, так что с минуту вокруг царил невообразимый гвалт, крики сливались в неразличимое месиво, так их было много. Висевший в небе самурай выждал, потом махнул рукой – и крики смолкли. Хотя люди и пытались орать.
– Подождите, у вас ещё будет время. Итак, как я уже говорил, я не садист и не маньяк. Поэтому зелёная зона вокруг городов и деревень сохраняется. В ней нельзя никого убить и умереть. Но будет доработка: отныне в зелёной зоне можно получать ущерб до жёлтого уровня, это двадцать пять процентов показателя жизни. Кроме того, отныне на жёлтом и красном уровне здоровья не будет снижения чувствительности. Как в реальном мире вы будете всё чувствовать до самого конца. Да-да, отныне, как и в реальности, бесконечных возрождений не будет. Смерть здесь станет вашей окончательной смертью в обоих мирах: материальном и цифровом. Я позаботился насчёт этого. Но зато всё то, чего вы добыли на данный момент и даже характеристики уже останутся при вас.
«Спасибо, добрый. Одарил, называется. Сама щедрость», – Юле хотелось ругаться в голос, но способность говорить пока ни к кому не вернулась. Так что оставалось чехвостить мысленно и пытаться понять, чем им всё это реально грозит.
– И последнее. Я понимаю, что на вас всех стандартной стартовой локации – мало. Так что отныне размер зелёной зоны Людогоста будет три километра вокруг стен. А сам город станет побольше.
Театральный взмах рукой: город увеличился в размерах. Вокруг прежних стен возникло второе кольцо укреплений, а между ними располагались городские дома и лавки. Люди же вместо поля теперь оказались рассеяны по улицам города, отчего стало ещё теснее.
– Да, чуть не забыл. Ещё одно отличие реального мира от игры: все имеют своё настоящее лицо. Так пусть также станет и тут. А ещё, как и в материальном мире, отныне хоть раз в день каждому что-то придётся есть. Иначе даже в городе будут уменьшаться показатели жизни, усталости и замедлится восстановление. Прощайте. Долгой вам и счастливой жизни!
Самурай пропал. Вечер и полумрак сменились вернувшейся прозрачной синевой яркого летнего дня. И одновременно придуманные аватары сменились реальным обликом! Юля это поняла, потому что она и Артём остались практически прежними – девушка сама не поняла, с чего этому обрадовалась. А вот Вадим стал совсем иным. Да, похож на себя прежнего двадцатипятилетнего, но именно что другой. Чуть грузноватый и уже наполовину седой мужик, который ходит в спортзал, следит за фигурой, но возраст уже понемногу начинает отвоёвывать своё. Те же морщины, избороздившие лоб. В остальном же вокруг начался натуральный бедлам. Например, когда здоровенный мускулистый красавец внезапно стал прыщавым худосочным пареньком лет пятнадцати, а стройная шестнадцатилетняя девушка рядом – бодипозитивной тёткой за сорок. И орать все начали разом так…
Артём неожиданно для остальных выдал многоэтажную матерную фразу, поминая какого-то Идзуми Сакамото. Юля сначала ахнула: ну точно, как она могла не узнать этого человека в небе? Это же тот самый великийИдзуми Сакамото, создатель теоретических принципов того самого интерфейса, благодаря которому и стал возможен «Китеж». Хотя он вроде бы умер и давно… Впрочем, если в небе был действительно именно он, то все в мире ошибались. Дальше до Юли дошёл смысл остальной фразы и она смутилась, не зная – то ли восхититься талантами Артёма так виртуозно поминать по родственникам и пристрастиям, то ли дать пощёчину за неприличные слова. Вадим тоже посмотрел неодобрительно:
– Артём, я понимаю твоё состояние, но, во-первых, возьми себя в руки, а во-вторых, при девушках вот так не…
И поперхнулся, настолько холодным и острым взглядом Артём на него посмотрел.
– Вы всё услышали и поняли?
– Тебя сложно было не понять, – гневно возмутилась Юля.
– Каждое слово? В том числе и то, что насчёт «поняли» я сказал на японском? А ты, Юля, японского точно не знаешь. Ты ещё на тестах говорила. Ну вот можете считать это последней проверкой сказанного оттуда, – он показал пальцем наверх. – Фильтры и блокировки отключены, но встроенный переводчик работает. Советую отнестись к ситуации предельно серьёзно и поверить на слово. Каждому его слову. Начиная с того, что мы застряли.
– Ты его знаешь? – уточнил Вадим.
– Да его все знают… Знали, – торопливо вставила Юля. – Это же один из создателей «Китежа».
