Остаток ночи мы плыли в никуда и спали сном праведников под присмотром трех роботов. Утром я решил проложить курс примерно к тому месту, где была точка возврата. Следопыт точно указал ее на карте, а заодно проделал все вычисления нашего местоположения. Однако Наталья воспротивилась такому повороту событий.
– Знаешь, Боря, ты свои дела подчистил, а я нет. Болит у меня душа за капитана Клавдия. Хочу я рассчитаться с князем Радомиром. Думаю, пятидесяти тысяч хватит. Так что Следопыт проложи курс на Олин.
– Ты собираешься платить этому скоту?
– Ну не биться со всем его войском. Хотя мы, скорее всего, победим, но сколько кровищи! Такое дело не по мне. Я солдат, а не убийца. Правильно все сделать никого при этом не убивая.
– А знаешь, я рад, что ты так решила с милордом и с этим князем, и горжусь тобой!
– Боря, я знала, что ты поймешь!
– Так я тоже за, – неожиданно сказал долго молчавший Рыжий, – мне тоже лишняя кровь на руках ни к чему, чай потом на суде богов спросят.
– Молодец Рыжий, – похвалила его Наталья. – Таким людям стоило помочь!
***
Вместо «завербованных» МИ-6 русских сотрудников НИИ «Призрак», информацию готовили компетентные агенты ГРУ с научными степенями. Якобы завербованные лица, среди которых числились Шляпин и Верочка, только носили дезу в тайники. Откуда почту периодически забирали сотрудники британского посольства, которых могли взять в любой момент. Автоматические камеры с автономным питанием снимали место передачи круглые сутки. Англичанам грозила экстрадиция с лишением дипломатического статуса.
Так что русские были готовы и одного из дипломатов взяли при попытке вербовки. Разгорелся дипломатический скандал, который обеим сторонам оказалось выгоднее замять. Таким образом, в высоких кругах обеих стран приняли решение обнулить результаты и оставить все как есть.
Русские продолжали скармливать англичанам хитрую дезу, а английские аналитики пытались связать эту информацию с другими полученными данными. Война разведок продолжалась, бескровная, но от этого не менее напряженная и опасная. Скорого конца в этой войне не ожидалось.
***
Мы плыли почти четверо суток и прибыли в район Олина поздно вечером. Местность Наталья, Глеб и роботы знали отлично, так как они уже бывали в этом городе. В сумерках, никем не узнанные, они вошли в порт и сошли на берег. Часовые у ворот в княжий замок получили по дротику и отключились. За ними последовали стражники, дежурившие на входе в княжий терем. Потом, после короткой беседы о том, где находится спальня князя и как его найти, отключились двое слуг. Роботы предусмотрительно прятали спящие тела, чтобы раньше времени не началась тревога.
Князь Радомир изволил ужинать, когда двери распахнулись, и вместо поварят с очередным блюдом, он увидел знакомую ему Наталью в сопровождении роботов. Один из них стал в дверях, перекрывая вход. Двое стражников метнулись на перехват, но что-то дважды пшикнуло и они упали, сраженные маленькими стрелками.
Князь, человек бывалый и повидавший всякое, сразу занял насмешливую позицию, загнав страх поглубже внутрь.
– Благодарю, они мне оба не нравились.
– Но я вас огорчу, князь Радомир, они живы и еще помозолят ваши княжьи очи, – ответил я.
– Скажите, кто вас нанял, и я дам вдвое.
– Мы сами по себе, – ответила Наталья. – Неужто вы меня не помните?
– Как же, как же, припоминаю. Это, кажется, вы оставили в дураках моего капитана Клавдия?
– У вас отличная память, ваша светлость. Увы, я не смогла выполнить обещанное и пришла расплатиться. По моим скромным подсчетам, экспедиция обошлась вам в тридцать тысяч. Вот они, я вам возвращаю эти деньги, не хочу быть в долгах. Ну, а так как я не сдержала слова, то добавлю еще десять тысяч. Вы довольны, ваша светлость?
– Вполне честно.
– А скажите мне, что случилось с капитаном?
Он сидит в подвале в ожидании смертной казни.
– А скажите, может быть его жизнь стоит десяти тысяч?
– Мне кажется, что стоит.
– Тогда вот мои условия: вы приводите его сюда и восстанавливаете в должности капитана, а я даю за это десять тысяч. Но если вы его отстраните, то я вернусь и буду греметь не золотом, а сталью.
– Позовите дежурного лейтенанта, – громко приказал князь. Почти тотчас вошел дежурный офицер, будто прятался за дверью. – Лейтенант, доставьте немедленно сюда капитана Клавдия.
***
Клавдий, по подсчетам Натальи, просидел в тюрьме не больше десяти дней. Увидев ее, он расправил плечи, глаза его заблестели, но не сказал ни слова. Видок у него был, надо сказать, не очень: мундир порван в нескольких местах, а воняло так, что хотелось открыть окно.
– Ну что, Клавдий, – начал князь. – Просят тут за тебя и убытки возмещают, – он посмотрел в сторону Воробьевой. – И склонен я тебя простить и вернуть на службу. Снова будешь фрегатом командовать, да смотри мне, в другой раз не прощу!
– Вот и славно, – сказала Наталья и передала князю очередные десять тысяч.
– Освободите его. Да меня не благодари, еще успеешь, вот твоя спасительница, ее и благодари.
Капитан Клавдий подошел, поклонился и сказал:
