Проект «Немезида» полностью

Нет! Я там был. Я видел все собственными глазами. Это была не галлюцинация, не сон и не какая-нибудь еще фигня, в которую Лоуэлл захочет заставить меня поверить.

Я вспомнил о Мин. Она хотела что-то мне рассказать.

Я почувствовал выброс адреналина.

Он знала о Черном Костюме?

Что-то мелькнуло за окном, почти чиркнув по нему. Сердце ушло в пятки, но я все же выглянул наружу.

Соседка бежала по улице в банном халате.

Я протер глаза. Щенок лабрадудля[40] забрел на нашу подъездную дорожку и метил все вокруг. Соседка настигла песика и принялась одновременно шлепать, ругать и нежно обнимать его. Когда она повернулась и направилась к своему дому, мне показалось, что она плачет.

Я включил телевизор, и на меня полился поток душераздирающих слов и картин. Тема Большого землетрясения муссировалась много лет, но речь всегда шла о Калифорнии. Теперешние события показали, что вместо нее смертельный удар принял на себя Северо-запад.

Новости из других частей планеты были не лучше. Другое, подобное нашему, цунами, вызванное землетрясением, обрушилось на восток Японии, утопив половину Хоккайдо. В Манитобе обезумевшее стадо крупного рогатого скота растоптало шахтерский городок и бежало все дальше на север, пока животные не попадали от изнеможения. Даже эксперты не знали, что сказать.

Я почувствовал, что не в силах с этим справиться. Стены вокруг начали смыкаться, знакомый с детства приступ клаустрофобии все сильнее сдавливал горло. Надо было выбираться отсюда. Найти безопасное место.

Я перевел сигнализацию в режим «никого нет дома» и выскользнул на улицу через заднюю дверь.

С самого детства я прятался здесь. Луна светила в безоблачном небе, а я сидел высоко в ветвях старого кедра, до которого от дома было минут пять ходу, но на сей раз мне показалось, что я преодолел тысячу километров.

Мой форт был когда-то охотничьей засидкой. Лестница, которая вела сюда, давно сгнила, но ветви были расположены так, что было можно влезть по ним, если знать маршрут. Укрытие находилось метрах в десяти от земли, места здесь хватало для троих. Доски поросли мхом, что сделало его практически невидимым.

Место, где меня никто не мог найти. Единственное место, где мне удавалось действительно расслабиться.

Глядя на долину, я тихонько усмехнулся.

Мне шестнадцать лет, и я прячусь в домике на дереве.

Я вспомнил увиденное, и содрогнулся. Но не пытался унять дрожь. Это была объяснимая реакция, и я позволил ей длиться.

Зачем жителям Файр-Лейк встречаться с серийным убийцей?

А был ли он убийцей? Я поерзал – сама эта мысль неприятно кольнула меня.

Было вполне очевидно, что я жив. Что бы со мной ни происходило, мне удавалось оправиться. По крутой дорожке мыслей о том, что, возможно, на самом деле я давно мертв, мне идти не хотелось. Слишком долго я считал себя сумасшедшим, чтобы опять окунаться в безумие.

Я потянулся и вспомнил того парня в военной форме. Генерала, кажется? Он-то что здесь делал? Сначала казалось, что он среди них главный – но лишь до прибытия Черного Костюма. Значит, мой случай имеет какое-то отношение к военным, армейским делам, да? Или нет?

Снизу послышались звуки моторов. По Береговой дороге двигалась автоколонна с включенными фарами.

Я подался вперед и весь обратился в зрение, глядя, как тяжеленные грузовики объезжают озеро. На них гроздьями висели солдаты, оружие посверкивало в лунном свете.

Какого черта…

За грузовиками шли фургоны со странными черными звездообразными эмблемами на бортах. За ними – восемь гигантских буровых установок на колесах. Я даже представить себе не мог, как такой кавалькаде удалось перебраться через Бревно.

Я слышал толки о том, что в ночь после Объявления какие-то грузовики появились в долине, но сам их не видел. Говорили, они направились в федеральный резерват на востоке. Именно в тех лесах и скрылся сейчас удаляющийся конвой мощной техники.

Ошеломленный, я прислонился к стволу кедра. Военных и техники становилось все больше, и они скрывались там, где никто никогда не бывал. Все это явно было не просто так.

Я вдруг почувствовал себя ужасно одиноким. Совершенно одиноким, сидящим на чертовом дереве, вдали от людей. Никому не известно, где я. И никому это не интересно. Никто меня нигде не ждет.

Я выскользнул из форта, спустился на землю, пригнулся, прислушиваясь, и не выпуская ладони из кармана. Хрустнула веточка, и мои нервы сдали. Я понесся к дому, не сомневаясь, что тяжелая рука в любой момент может схватить меня за плечо.

Отпер дверь и заскочил внутрь. Потом чуть не обмочился, когда сигнализация запросила код. Дрожащими пальцами набрал комбинацию цифр, захлопнул дверь, запер ее и снова включил сигнализацию.

Я по-прежнему был один в доме. Отец оставался в Европе – еще днем я получил от него эсэмэску с ругательствами в адрес иностранной кухни и отмены рейсов.

А Черный Костюм, возможно, охотится за мной здесь и сейчас.