Сами устройства телепортации были артефактами. Их происхождение и особенности работы были одним из главных секретов Ордена Хранителей. В прошлом цивилизации сеятелей, начиная с эпохи телепортации, развитие космического кораблестроения значительно замедлилось. Оно в ряде направлений стало невыгодным для кланов. Слишком много транспортных задач стало закрываться тупым использованием каменных артефактов. Кланы много сил и средств потратили на раскрытие секрета телепортации, но не преуспели. Хотя технология создания площадок на 99% была известной всем: на трех планетоидах из камня, названного «транит», специалистами Ордена производились постаменты стандартных размеров. После этого они покупались заказчиками и устанавливались в местах назначения. Дальше приезжали менталисты Ордена и проводили ритуал привязки и настройки телепорта. При необходимости устанавливали терминал ручного управления и ВСЁ. После настройки телепорт работал без ремонта неопределенно долго. Материал постамента был очень прочным: разбить его и даже поцарапать было сложно. Технологии изготовления «камней перемещения» и их настройки на предметы и живые тела были недоступны. Одно было ясным – работали группы очень продвинутых менталистов, на защиту которых Орден не жалел средств и усилий.
Конкуренты Клана Джоре пробовали уничтожить одну из грузовых площадок, используя лазеры линкора, но им удалось лишь проплавить несколько бороздок на одном из постаментов, что привело к изменению характеристик перемещения предметов. После этого перемещаемые предметы стали просто исчезать в неизвестном направлении. Даже специалисты Ордена не смогли понять, что произошло с телепортом. Так получился артефакт из артефактов.
Как я позже выяснил «методом тыка», внутренние пассажирские телепорты станции работают по принципу равномерной асимметрии. То есть шесть разноцветных сектора шестигранника телепорта, расположенного в левой кабинке от шахты, ориентированы по часовой стрелке вниз. Один сектор – один уровень. Правая кабинка перемещает вверх таким же образом. Соответственно уровни имеют цветные названия: золотой-оранжевый-коричневый-зеленый-голубой-серый-тёмно-серый (базальтовый).
Все пытаясь примерится к возможности моментальных внутренних перемещений, так как площадки телепортов стояли практически во всех ключевых помещениях. И вот один раз я попробовал перенестись со второго на четвертый уровень в уже знакомую инженерную мастерскую. Но, наверное, напутал с настройками или кто-то мне «помог» с этой путаницей. Долбанные Искины. Зла на них не хватает. То есть, заскочив в портал, я переместился в то место недалеко от внешней обшивки, где совершенно неслучайно обнаружил малозаметное отверстие в многослойной броне. Оно было закрыто теперь уже голубой «вуалью» ментальной защиты.
«Не Станция, а сыр Маасдам какой-то,» - проворчал я, - смело проникая в подсунутый кем-то черный ход.
Осторожно пройдя по прямому тоннелю с гладкими стенками, я вышел в зал, где в светящем полумраке увидел статую, стоящую на небольшой темной плите. Имея опыт «набивания шишек», отложил более детальное изучение очередного «сюрприза» на потом.
Несколько позже вернулся туда уже более подготовленным, и тщательно осмотрел странную скульптуру. Точнее это был барельеф, высеченный в сером базальте задней стенки.
Он изображал существо, явно относящееся к человеческому виду, хоть и не понятной расы. Скульптура была выполнена явно мастером, с изумительной фотографической тщательностью и чрезмерной реалистичностью. Создавалось впечатление, что это окаменевшая фигура зрелого мужчины, в монашеском одеянии с капюшоном, выходящего из стены к зрителю. Все складки одежды, мелкие детали обуви прорисованы до мельчайших деталей без каких-либо следов обработки, хотя и лунные максоны состояли из крепкого материала. Банк не смог определить ни возраст барельефа, ни происхождение натурщика. Площадка под ногами скульптуры представляла массивную плиту из тёмно-зелёного камня, похожего на малахит.
В целом барельеф произвел на меня сильное, но парадоксальное впечатление: от него исходил поток энергии и, одновременно, жажда и голод. Он давал силу, но сам жаждал пищу. Но самым удивительным в этой картине была мумия женщины, обнимающая выступавшую вперед ногу изваяния.
Я подошел ближе, коснулся мумии, и она рассыпалась в пыль. Мне под ноги скатился перстень-печатка с руной. Банк, тревожно прозвенев, определил предмет: «индивидуальный портальный артефакт. Использовать может менталист ранга K3 и 10-го уровня владения БК «Менталист». Трогать нельзя, опасно. Может опустошить весь резерв.»
- «Понятно. А что за статуя здесь маячит?»
- «Это алтарь Митры.»
- «Вот, оказывается, «где собака порылась». Меня так «не навязчиво подталкивают к определенному поведению». Не люблю такие трюки! Фигвам! Только хуже будет,» - по-мальчишески разозлился я и зафутболил перстень в угол. Немного успокоившись я со всей своей силой обратился к Митре: «Отзовись».
