Оба стремительно взбежали по лестнице на четвертый этаж и остановились перед обшитой полированной рейкой дверью с номером «50». Волхв приложил ладони к двери, закрыл глаза и замер на несколько секунд.
– Он на кухне, – уверенно сообщил Белогор и отступил назад. – Работай!
Глеб быстро осмотрел скважину замка.
– Обычный «Armadillo». Шестьдесят секунд…
– Слушай, Пустельга, может, зря ты хакером заделался? В тебе такой талантище пропадает!
– Я еще и мысли читать умею, и на гитаре пою!
– Работай, Глебушка, работай!
Пустельга не обманул: спустя минуту замок тихо щелкнул. Белогор за это время успел ввести свой организм в боевой транс и, как только дверь открылась, тенью метнулся в квартиру.
Предчувствия не обманули волхва и на этот раз. Хозяин явно почуял непрошеных гостей и подготовился к их вторжению. Он вскинул руку с пистолетом навстречу Белогору, и тому пришлось срочно менять вектор атаки. Выстрел прозвучал на удивление тихо, однако пуля, не найдя цели, вдребезги разнесла какую-то вазу на полке в прихожей. Второго выстрела не последовало, потому что волхв ребром левой ладони ударил по запястью противника, выбив оружие. Одновременно правым локтем он нанес ему удар в ухо, от чего мужчина отлетел в угол кухни, к холодильнику.
Однако схватка на этом не закончилась! Хозяин квартиры оказался мастером рукопашного боя. Удар только слегка ошеломил его. Он тут же мгновенно вскочил и сам устремился в атаку. Правда, темпом мужчина не владел, зато прекрасно знал пространство своей квартиры. И это позволило ему улизнуть из тесного объема кухни, да еще ощутимо зацепить Белогора, нанеся удар в скулу из совершенно немыслимого положения. Наверное, он бы все же ушел, если бы не нарвался в прихожей на Пустельгу, который не мудрствуя лукаво приложил хозяина по лбу еще одной вазой.
Вдвоем с Белогором они затащили потерявшего сознание мужчину в комнату, оказавшуюся рабочим кабинетом, и быстро прикрутили скотчем к компьютерному креслу. Затем волхв прижал свою ладонь к ссадине на лбу пленника, шепотом произнес заговор от сотрясения, легонько дунул в лицо мужчине, и тот, глубоко вздохнув, как после долгого сна, открыл глаза.
– Со свиданьицем, господин Стершин! – произнес Белогор, но в голосе его отчетливо лязгнул металл, и пленник явно уловил его.
– Кто вы такие? И по какому праву врываетесь в чужую квартиру? – глухо спросил он, опустив голову.
– Думаю, вы уже догадались, кто мы, – утвердительно сказал волхв. – А мы хорошо представляем, кто вы. Потоцкий весьма подробно описал вас, вот только забыл предупредить, что вы – отменный драчун. Поэтому нам придется разговаривать в сложившихся условиях…
Он не договорил и резко обернулся к двери комнаты. В полутемной прихожей мелькнула быстрая тень, зазвучали торопливые шаги на лестничной площадке. Пустельга метнулся вдогонку, но вскоре вернулся.
– Девчонка какая-то, – он виновато развел руками: – Шустрая больно. Успела выскочить из подъезда…
– Ладно, бог с ней! – Белогор вновь повернулся к пленнику. – Ну так как, Альберт Павлович, побеседуем?
– С чего бы? – нагло поинтересовался Стершин. – Не имею ни малейшего желания, господин… как вас?..
– Бородин…
– Ага! Неужели сам волхв Белогор ко мне пожаловал? – оскалился Стершин.
– Ну, вот и познакомились, – невозмутимо кивнул Стас. – Воочию, так сказать. Давайте теперь поговорим о делах насущных. Например: на кого вы работаете?
– На будущее России!
– Не ёрничайте, господин Стершин! Вашими методами можно только могилу России выкопать. Повторяю: кто ваши хозяева? Я знаю, что контора ваша называется Группой перспективных исследований. Но я хочу знать, кто ее возглавляет и где находится основная база?
Пленник снова оскалился, но промолчал. Тогда Белогор кивнул Пустельге, стоявшему за спиной Стершина. Эспер внезапно крепко сжал ладонями его виски и прикрыл глаза. Пленник задергался, пытаясь вырваться, но глаза его быстро закатились, изо рта потянулась тонкая струйка слюны.
– Группа перспективных исследований… – невнятно забормотал он, – Владимир Генрихович… директор… Лапшинка… Киевское шоссе… – тело Стершина вдруг выгнула страшная судорога, лицо пошло красными пятнами, он захрипел.
Пустельга открыл глаза и отнял ладони от его висков, но было поздно. Хрипы перешли в свистящий стон, губы пленника посинели, и он тут же обмяк в кресле. Белогор прижал пальцы к его шее.
– Мертв.
– Психолог сам был закодирован, – удрученно покачал головой Глеб.
– М-да, не получилось разговора… Ладно, сливаем информацию из компа и уходим.
– Я бы не стал возиться с копированием. Лучше забрать диск целиком.
– Действуй, – согласился Белогор, – а я пока в бумагах пошарю…
Но толком обыск провести им не дали. С улицы донесся приглушенный вой милицейской сирены и стих где-то возле дома.
– Кажется, это по наши души, – констатировал волхв. – Как там у тебя? Закончил?
– Все в порядке. Можем идти.
Они выскользнули на лестничную площадку и услышали, как внизу лязгнула дверь подъезда.
– Пошли через чердак! – Белогор бесшумными скачками ринулся вверх по лестнице.
