– Где объект? – деловито поинтересовался Дюха.
– Впереди, метров двести.
– А чего так далеко?
– Для конспирации! Не задавай тупых вопросов. – Я скинул «аляску», оставшись в костюме «ниндзя». – Лена, ты идешь первой.
Одоевская состроила серьезную мордашку и вылезла из джипа – ни дать ни взять, девчонка-тинейджер возвращается с вечеринки: короткая песцовая шубка, высокие сапоги-ботфорты, нарочито небрежный «хвост» из светлых локонов свисает на правое плечо, призывно-бесстыдная мордашка.
На заднем сиденье завозился и засопел Андрюха.
– Может, мы ее зря с собой потащили, Димыч?
– «Ракета» готова, Брэдли, и поздно говорить: «Я передумал!», – процитировал я известный анекдот. – Эта девочка, Дюха, на обоим сто очков вперед даст. Не завидую я охранникам!..
Лена между тем уже успела пройти по улице добрых два десятка метров, поэтому я тоже вылез из машины и несколько раз присел и повернулся, проверяя, как сидит на мне «шкура» «ниндзя», не бренчит ли пояс с оснасткой.
– Дюха, двигай за мной через пару минут, – сказал я. – Как дойдешь вон до того угла, приступай: дальше идет забор объекта.
– Понял, шеф! – расплылся он в улыбке. – Не боись! «Сторож» будет слеп и глух.
Я сделал строгое лицо и покачал головой.
– Андрюха, только без своих любимых понтов, ладно? У нас второго шанса просто не будет.
– Топай, топай… ниндзя!
Махнув на него рукой, я вошел в «темп» и темной молнией метнулся вдоль улицы. Одоевская успела подойти к самой калитке, но задержалась, оглянувшись, как и договаривались. Не спеша запалила выданную мной сигарету, выставила изящную ножку перед камерой над калиткой. Артистка!
Сам я подобрался к забору в том месте, где снегоуборщик сгуртовал здоровенный сугроб из снега с проезжей части улицы. Оглянувшись, я увидел Куваева, медленно идущего вдоль забора с какой-то «тростью» в левой руке. В правой Дюха нес свой драгоценный кейс. Там содержалось, по его уверению, дело всей жизни – какая-то супер-пуперная аппаратура, взламывающая любые электронные системы на раз. Признаться, в универсальность его девайса я верил с трудом, хотя и сделал на Андрюху главную ставку. Если ему не удастся вырубить следящую схему объекта, туда можно вовсе не соваться.
Лена выпустила тонкую струйку дыма прямо в глазок камеры, очаровательно улыбнулась и что-то негромко сказала. Из переговорника послышался такой же невнятный хрипловатый ответ. Ну, все, диалог пошел – пора и мне приступать. Я снова посмотрел на Дюху.
Мой школьный друг сидел на корточках под забором, положив на колени раскрытый кейс, а его странная трость была воткнута в снег рядом. Набалдашник ее смотрел точно на ближайший колпак электронного «сторожа», венчавший столб ограды.
Я тихонько свистнул. Андрюха на миг оторвался от своего девайса и сделал знак «жди!». Спустя пару секунд он показал кулак и начал разжимать пальцы один за другим – обратный отсчет: четыре, три, два, один! Я посмотрел на колпак «сторожа» – маленький синий маячок, мигавший на его макушке, погас.
Все – вперед! Я сгруппировался и метнул свое тело вверх, будто планку высоты брал. Миг – и я уже на срезе ограды. Еще удар сердца, и я уже внизу с другой ее стороны. Состояние «темпа» позволяет использовать резервы организма с КПД до восьмидесяти процентов и даже больше. Конечно, потом наступит расплата, ибо ничего даром в нашем мире не дается, но это будет потом!
Полуразмытой тенью я метнулся к дому, но где-то на полпути отметил движение справа от себя. Через двор ко мне наперерез молча мчались два здоровенных ротвейлера! Да, собаки – это вам не какие-нибудь охранники. Они отважны, быстры, неподкупны и добросовестны. Сказано стеречь территорию – они и стерегут. Оторваться от них я бы, конечно, в состоянии «темпа» смог, но псы ведь все равно не отстанут, а оставлять таких противников в тылу весьма опрометчиво.
Я выхватил из ременной петли парализатор и развернулся лицом к собакам. Псы явно не ожидали от меня такого поведения и резко затормозили буквально в трех-четырех метрах. Их секундного замешательства мне с лихвой хватило, чтобы прицелиться в ближайшего и нажать на спуск.
Несчастный пес тихо взвизгнул и повалился на бок как подкошенный. Второй отреагировал достойно, отскочив назад и в сторону от меня. Теперь дистанция для выстрела оказалась слишком большой. Понимая, что время работает против меня, я снова устремился к дому, держа пса в поле зрения.
Я успел достичь боковой стены, являвшейся стенкой зимней веранды, когда опомнившийся ротвейлер ринулся в новую атаку. Причем теперь он несся на меня не в лоб, а по замысловатой дуге. Я готов был поклясться, что псина осознала опасность, исходящую из предмета в моей руке! Потому что заходил он на атаку с левой стороны, а парализатор я держал в правой руке.
