— Да уж… эта планета далеко не Эдем, которым она казалась нам первые дни… Впрочем, об этом как-нибудь потом. Если по мере нашего приближения к центру кратера, радиационный фон будет увеличиваться такими же темпами, то обратно мы уже вряд ли вернемся или если вернемся, то на спине у нас уже будут крылья или хвост… или еще что-нибудь.
— Ну это ладно, радиация черт с ней, она хотя бы не убьет вас мгновенно. Ну а дождь? Если пойдет дождь, что вы будете делать?
— Будем пытаться спрятаться куда-нибудь. Ты говорил, что видел там дома? — обратился Виктор к Йоргу. Йорг в ответ лишь покачал головой:
— Домами это, конечно, сложно назвать. Какие-то заросшие мхом или какой-то прочей растительной дрянью сооружения, больше смахивавшие на бетонные скалы. В некоторых, если долго присматриваться, можно было различить очертания окон. Но я не знаю, насколько их можно будет использовать как укрытия или остановки, внутри них может быть еще опаснее, чем снаружи.
— Против этого дождя хороши будут любые укрытия, лишь бы они закрывали нас от него.
— Вот тут-то как раз и есть проблемы…
— Ну а скафандры, они помогут?
— Может да, а может и нет, — Йорг отложил лист, встал с кресла и подошел к висевшему изодранному скафандру, тому, в котором он вернулся оттуда несколько дней назад, — скафандры помогут на первое время, на несколько минут может, может на час. Но эти наши скафандры они рассчитаны на другое — на случай разгерметизации в салоне и на случай, если возникло какое-то задымление и начались проблемы с подачей кислорода. И это все! Никакой степени химической защиты, никакой биологической защиты. Респиратор, система подачи воздуха с баллонами на несколько часов… Когда эти скафандры создавали, ни у кого даже в мыслях не было то, что им придется на себе испытать. Вот это вот другое дело… — Йорг показал на висевший в углу тяжелый скафандр для выхода в открытый космос. Именно в нем первый раз на поверхность, как казалось им тогда «неизведанной» планеты, вышел Хью. — Он устоит долгое время и перед дождем, и перед радиацией, но его вес…
— Сотня с лишним килограмм…
— Да… с ним даже вокруг корабля не походишь…
— Выбор у нас не большой. Единственная наша надежда это хорошая погода и отсутствие опасных осадков. Сейчас дождя нет и… — Виктор внимательно посмотрел на растение на полу, его листья были раскрыты, — … и в ближайшие минуты не предвидится, но что будет через час или два… или ночью, сказать невозможно. Лина! — Виктор повернулся к Каролине, — в случае если мы… если нас все-таки застигнет этот дождь, и мы получим определенные химические ожоги, что мы сможем использовать?
Каролина пожала плечами:
— Мы исследовательская миссия другого рода, у нас на борту нет специального оборудования для анализа химических веществ…
— Это все понятно. Но мы спасли Алиссу. Что помогло ей?
— Вода, обычная питьевая вода. Ты сам промывал ей пораженные участки тела. Это самый лучший способ остановить распространение ожога по коже. Тем более, мы видим, что это опасное вещество, эти осадки, не вступают в реакцию с водой, они просто смываются, поэтому нет дальнейших повреждений. Ну а дальше — антисептики, повязки, у нас не так много средств, для лечения химических ожогов!
— Самый лучший способ избежать этих ожогов, это не попадать под этот дождь! — Йорг с усилием заматывал липкой лентой поврежденные места своего скафандра. — Голос, который мы слышали по радиоволнам… Это лучшее доказательство того, что даже здесь, даже после всего того, что произошло, могут оставаться люди!
— Главное, чтобы эти люди приняли нас за своих, — Виктор приподнялся и двинулся в сторону того угла, где лежал его матрац. — Главное, чтобы мы не жалели потом о том, что здесь кого-то нашли!
Йорг последовал его примеру и тоже завалился на матрац. Вскоре спать отправилась и Каролина.
Хью оставался за столом еще несколько минут. Задумавшись, он вращал пистолет по поверхности стола, будто пытался с помощью этот рулетки определить для себя что-то очень важное. Но каждый раз дуло пистолета показывало в разное место. Утомившись, наконец, этим бессмысленным занятием, он приподнялся, дошел до своего угла и так же опустился на матрац.
Через несколько минут освещение в кабине погасло и лишь по периметру, сверху, горел тусклый свет дежурных огней. Снаружи, где-то со стороны инженерного отсека, тихо завывал ветер. В последний раз команда «Ориона» засыпала в своем полном составе.
Ранним утром тяжелая дверь «Ориона» растворилась и из нее вылезли две облаченные в скафандры фигуры.
