— Сейчас ей будет легче! Я ввела морфин, должно помочь! Надо еще воды, надо гораздо больше воды!
Виктор бросился к столу, но на его пути встал Хью.
— Нам нельзя тратить всю воду… если мы останемся без воды, мы умрем!..
Но Виктор не слушал его. Он ткнул его в грудь с такой силой, что тот отлетел к столу и повалился на пол. Он всклочил, нож по-прежнему был у него в руках. Виктор открыл контейнер и достал оттуда несколько еще закрытых бутылок.
— У нас замкнутая система циркуляции воды! Мы пьем собственно ссанье не для того, чтобы тратить воду на умывание! — Хью снова приблизился к Виктору, в руке его сверкал нож.
— Уйди, а то я ей богу тебе сейчас… — он сделал шаг в его сторону, поднимая перед собой кулаки. Хью не отошел. Он продолжал стоять перед Виктором, с ножом, направленным ему в грудь. Виктор поднял пластиковую бутылку и, перед тем как Хью что-то сообразил, кинул ее Каролине. Та сразу поймала ее, но не открыла, а держала в руках, напряженно наблюдая за сценой. Виктор сделал еще один шаг. Нож уже упирался ему прямо в грудь. Он чувствовал, что твердое лезвие, почти прокалывало скафандр. Но он не смотрел на него. Взгляд его был обращен на Хью, на его налитые злобой и кровью глаза, на его дрожавшие от гнева губы. Не известно, сколько бы продолжалась вся эта сцена, чем бы она закончилась, если бы не Йорг.
— Мужик! Опусти, ведь это непорядок! Ведь это так не надо! — закричал он своим сбивающимся быстрым голосом. И вдруг, будто он только этого и ждал, Хью опустил нож и рассмеялся. Смех был громкий и надорванный, совсем не естественный, совершенно не уместный к данной ситуации. Виктор взял рукой плечо Хью и молча отодвинул его в сторону. Он прошел мимо и опустился над Алиссой.
— Дай! — он взял из рук Каролины бутылку и снова начал лить воду на лицо Алиссе. Каролина осторожно собирала влагу мягким хлопковым полотенцем.
— Ну… ты как? — он осторожно взял в свою ладонь руку Алиссы и нагнулся к ней ближе. Та медленно перевела на него взгляд. Было видно, что наркотик подействовал, и она находилась в каком-то странном затуманенном состоянии. Она слабо понимала, что происходит, где она и каким образом она оказалась здесь, на полу, в окружении всех членов команды. Она попыталась приподнять голову, но Каролина не дала ей. Он сдавила кончиками пальцев ее виски и осторожно опустила голову вниз, на полотенце, которое она уже успела положить на пол.
— Что… что произошло? — затуманенные глаза Алиссы смотрели на Виктора.
— Мы сами не понимаем, — честно признался он ей. — Кислота… соли, не знаю, что это, но дождь… этот дождь… в общем, ты обожглась, какой-то химический ожог. Но, — поспешил добавить он, заметив волнение в ее глазах и желание снова приподнять голову…но все нормально, мы смыли с тебя эту заразу и теперь твоей жизни ничего не угрожает, теперь… — он вдруг заметил, что Алисса продолжала лежать на полу совершенно голой. — Полотенце, еще одно полотенце! — крикнул он Каролине, отодвигая свой взгляд куда-то в сторону, подальше от покрасневшего и покрытого волдырями тела. Каролина подала ему полотенце, он быстро накрыл им грудь и бедра Алиссы. — В общем, твоей жизни ничего не угрожает, но… — он посмотрел на Каролину, будто ища ее поддержки.
— Но некоторое время тебе придется отдохнуть и полежать! — закончила она за Виктора.
— Тело… оно… все мое тело горит… Как будто… м-м-м… — она простонала и закрыла глаза. Виктор вытянул вперед руку, он хотел ударить ее по щеке, но в этот момент Алисса снова открыла глаза, — будто… огонь.
— Это химический ожог. Третьей, может даже четвертой степени, — выговорила Каролина совсем тихо, обращаясь преимущественно к Виктору.
— Но ничего страшного! — Виктор осторожно потрепал Алиссу по коленке. — Это пройдет! В детстве у меня был ожег третьей степени, теперь даже шрама не осталось! Все это пройдет!
Алисса снова застонала.
— Надо отнести ее на кровать! Я должна обработать поврежденные участки и закрыть их бинтом, чтобы не было заражения! Помогите мне! — Каролина осторожно приподняла голову Алиссы. Виктор и Йорг приподняли ее за таз и ноги и осторожно понесли в соседнюю каюту. Хью неподвижно смотрел на все это. На его лице была все та же глупая улыбка, казалось, что вся эта сцена доставляла ему лишь какое-то нездоровое удовольствие.
Послеобеденная обстановка за столом была мрачной. Все молчали и в воздухе царило какое-то особое напряжение. Виктор рассматривал свои руки и часто их чесал. Каролина просила его не делать этого, но ужасный зуд сводил его с ума. Он обжегся, когда трогал тело Алиссы. И хоть этот ожег нельзя было и близко сравнивать с ожогами Алиссы, но кожа на руках заметно покраснела и в некоторых местах покрылась волдырями. Каролины не было за столом. Она была у Алиссы. Хью сидел слева, со скрещенными на груди руками. Он как-то тупо смотрел в одну точку перед собой. Йорг не мог сидеть неподвижно, он вставал и снова опускался, он кряхтел, ворчал, шептал что-то себе под нос. Наконец, он не выдержал тишины и первым заговорил:
