Немного выждав, следую за ними.
Когда Ведо сворачивает в техническую часть здания, иду туда же.
Немного поплутав и поспрашивав дорогу у служащих големов, я выхожу в очень просторный и шумный многоуровневый ангар, служащий пристанищем множеству космических кораблей. Толпы големов, дроидов и обычных людей снуют по нему, не обращая на меня никакого внимания. Вокруг царит какофония металлических, скрежещущих, машинных звуков, шума рабочих. В воздухе витает запах ультрафиолетовых ламп, в котором изредка различаются примеси машинного масла.
На одном из этажей я замечаю Ведо, задумчиво облокотившегося на поручни и наблюдающего сверху за кораблем, ремонтируемым в нижнем доке.
Я не собиралась подкрадываться, но Ведо будто и без того знает, что я здесь, и не удивляется моему появлению.
— Как думаешь, он остался жив? — спрашиваю я, вставая рядом и следя за починкой Ишияк.
— Он не отвечает, — качает головой Ведо.
В руках он вертит кристаллическую клипсу. Думаю, нам обоим горько.
— Ты собираешься покинуть Синук, — я говорю так, словно не задаю вопрос. Но на самом деле, я хочу знать больше. Я хочу знать все и, честно говоря, хочу, чтобы Ведо никогда не покидал меня.
— Это так, — не отрицает он, — Сегодня я отправляюсь в сатурнианский сектор.
— На Сатурн?! — я мгновенно оживляюсь, — Я с тобой!
— Нет, это исключено, — резко прерывает меня Ведо, — Тебе нельзя покидать планету, если мы рассчитываем на защиту семьи. К тому же, это предприятие будет крайне опасным.
— Что еще за предприятие? — подозрительно спрашиваю я. Мне не верится, что можно добровольно лезть в петлю после всего пережитого.
— Раз уж архитекторам было к нам столько вопросов, придется досадить им более насущными и реальными проблемами.
Вопросительно смотрю на Ведо и ему приходится пояснить:
— Я собираюсь открыть человечеству главный секрет Лиамеды, — видя мое вытянувшееся лицо, он поправляется: — Второй главный секрет.
— Ты раскроешь сатурнианцам технологию двигателя для межзвездных перелетов??
— Сделаю так, что они сами его раскроют. Вы ведь давно ищите материнский корабль.
— А ты знаешь, где он?? — у меня так много вопросов, что я буквально захлебываюсь ими.
— Конечно, — отвечает Ведо, — Где же ему еще быть как не на материнской планете, на Земле?
— Но там же бушуют последствия техногенных катастроф! Как корабль вообще мог сохраниться? И… как ты его оттуда достанешь?
— Ты удивишься, но земная цивилизация была когда-то весьма развитой, — несколько печально вздыхает Ведо, — Корабль хорошо защищен. А вытаскивать мне ничего не нужно. В районе Земли крутится несколько зондов Гипериона. Сделаю так, что они его обнаружат. Это поможет мне остаться вне подозрений.
Новость меня шокирует. Пытаюсь все осознать, склеить эту информацию, оценить. Не могу решить, как к ней относиться.
— То есть ты… собираешься открыть технологию Гипериону?..
Ведо озадаченно склоняет голову, пристально наблюдает за моей реакцией. Он не понимает.
— Если это случится, они подчинят себе все остальные государства. В том числе и Союз Рут, — предупреждаю я, заранее зная, что это бесполезно. Если господин логгер что-то решил, он не станет никого слушать, а будет действовать только по своему плану, расписанному исключительно в его голове. И чем он отличается от Зилона?
— Почему тебя это беспокоит? — удивляется Ведо, — Ты теперь человек народа. Дела сатурнианского сектора — больше не твои проблемы.
Я молча смотрю на него. Не знаю, что сказать. Неужели он действительно не может понять?
— Там мои родители, друзья, — напоминаю я.
— Друзья? — брови Ведо ползут вверх, а губы трогает легкая усмешка, — Кто эти друзья?
Я тревожно сглатываю, отводя взгляд. Решаю сменить тактику.
— Это опасно для тебя. Оно того не стоит.
Ведо берет меня за плечи и заставляет посмотреть ему в глаза.
— Послушай, Тетис. Я думаю, что Алтос, хоть и не самый умный человек на свете, не стал бы действовать настолько прямолинейно без явных указаний. Даже если мы затаимся здесь, на Синук,
Я разглядываю его решительно нахмуренные брови, блеск в необычных, ярких глазах, губы, которые мне однажды удалось узнать.
— Сегодня? Ты улетаешь сегодня?
Он кивает, и я не могу удержаться от того, чтобы не прильнуть к нему всем телом, обвив его шею руками.
Объятия выходят неловкими. Но я не спешу размыкать рук. Чувствую теплоту его тела, как напрягаются его руки. Слышу его дыхание и то, как часто бьется его сердце.
Хочу это запомнить.
Когда я отстраняюсь, он надевает на свое ухо кристаллическую клипсу, и, стоя в волнующей близости, проводит ладонью по моей щеке, а затем тихо произносит:
— Береги себя.
Так он уходит.
Долго стою, замерев. Не хочу смотреть ему вслед, потому что в моей душе и без того царит смятение. А когда все-таки решаюсь обернуться, вижу его уже вдали, на другом конце этажа, в сопровождении Кемеи.
Спустя какое-то время я покидаю ангар, возвращаюсь в жилую часть комплекса.
