Проводив капрала, Миша занялся текущими делами, не забывая регулярно запрашивать патруль на жилом уровне о поведении гостей. Но, несмотря на свою славу отмороженных на всю голову беспредельщиков, легионеры вели себя вполне приемлемо. Даже не затеяли ни с кем драки. Во всяком случае, жалоб еще не поступало. Да, они старательно наливались пивом, задирали всех вокруг и в полный голос обсуждали достоинства любой проходящей мимо женщины. Но в драку не лезли.
Впрочем, все патрульные оставались в скафандрах и с оружием, тогда как всех гостей особо предупредили, перед тем как допустить в жилой уровень, что наличие любого оружия будет расценено как акт агрессии. Но это не мешало легионерам то и дело подшучивать над патрульными, отпуская в их адрес двусмысленные шуточки. Наблюдая за этим бардаком, дежурный на узле наблюдения только сочувственно вздыхал, отлично понимая, как трудно сослуживцам сдержать себя и не построить все это стадо вдоль стен. Находясь в скафандрах, парни запросто могли бы всех их нейтрализовать.
Но время шло, а обстановка в жилом секторе не менялась. Убедившись, что парни делают все, как надо, и арсенал базы серьезно пополнился оружием, которое правительства на сторону стараются не продавать, Миша сообщил дежурному по связи, что отправляется в свою комнату, когда из жилого сектора пришел сигнал тревоги. Выругавшись, Миша объявил общую тревогу всему свободному от службы личному составу и, коснувшись рукой именного штурмовика, быстрым шагом направился к подъемнику. Едва войдя в жилой сектор, Михаил услышал крики и ругань в центральном коридоре, где находился бар.
– Все-таки нажрались, лягушатники, – фыркнул бывший сержант и, вздохнув, отправился к месту конфликта.
Протолкавшись сквозь перепуганную толпу обитателей базы, он вышел в первый ряд и, остановившись, огляделся, пытаясь понять, что происходит. Картинка перед ним рисовалась нерадостная. Четверо отморозков прижали к переборке двух молодых девушек из состава младшего научного персонала, а еще трое с хохотом перебрасывали кулаками друг к другу двух молодых парней. Судя по всему, это были приятели девушек, решившие вступиться за них. Патрульные пытались остановить это безобразие, но их блокировали остальные легионеры, не давая бойцам приблизиться к месту стычки.
Стоя перед патрульными, легионеры громогласно что-то им доказывали, при этом не давая воли рукам, что не позволяло бойцам применить силу. Понимая, что все это было затеяно не просто так, и пользуясь своим статусом, Миша просто шагнул вперед и с ходу ударил ближайшего отморозка кулаком в голову. Сложенные особым образом пальцы врезались в болевую точку за ухом, и легионер, захрипев, рухнул на палубу. Перехватив летящего к нему парня, Миша одним движением переставил его себе за спину и, оглядев легионеров долгим, тяжелым взглядом, угрюмо спросил:
– Что здесь, черт возьми, происходит? Вас ведь предупреждали о правилах поведения на базе.
– А ты кто такой, что смеешь трогать нашего друга?! – зарычал один из отморозков, сжимая кулаки.
– Я начальник охраны этой базы. Отпустите моих людей, или я буду вынужден применить силу.
– Рискни, славянская рожа, – огрызнулся легионер, выходя вперед и вскидывая кулаки в классической боксерской стойке.
Понимая, что отступать уже некуда, Миша шагнул вперед, вскидывая руку и при этом нанося стремительный удар в колено противника ногой. Резкий удар, негромкий хруст и очень громкий вопль известили всех, что Миша не промахнулся. Легионер, скособочившись, медленно отступил в сторону, глядя на Михаила с нескрываемой ненавистью, и, быстро оглянувшись на сослуживцев, прохрипел:
– Чего вы ждете? Выбейте все дерьмо из этого козла!
Видя, что пора принимать жесткие меры, Миша одним движением выхватил из кобуры пистолет и от пояса выстрелил. Заряд плазмы прожег аккуратную дыру в голове отморозка, попутно убив одного из стоявших за ним уродов.
– Один шаг, и все ваше стадо отправится в утилизатор, – не повышая голоса, произнес Миша. – Вы все арестованы и будете посажены на гауптвахту. Если кто-то желает оказать сопротивление, может начать прямо сейчас. Меньше возни потом будет.
– Вы не имеете права арестовывать моих людей, – послышалось в ответ, и к месту драки быстро подошла майорша.
– Ошибаетесь. Имею, – жестко отрезал Михаил. – И сделаю это, если вы немедленно не уберете с базы остальных. Эти шестеро будут осуждены и наказаны.
– Михаил, ну зачем же так жестко? – мило улыбнувшись, спросила Жюстина.
Только сейчас Миша разглядел, что она сменила летный комбинезон на повседневную форму, явно сшитую на заказ.
– Пока я еще не проявлял жестокости, – буркнул в ответ Миша, не опуская оружия. – И не советую вынуждать меня. Плохо закончится.
– Похоже, вы не боитесь пускать оружие в ход, – задумчиво протянула майорша, мыском ботинка ткнув голову трупа. – Но, может, вы все-таки уберете пистолет, и мы спокойно все обсудим? Мои люди компенсируют весь нанесенный ущерб этим ребятам, и закончим с этим.
– Если только они согласятся не выдвигать против вас обвинение, – вздохнул Миша.