– Все так, – вздохнул начальник отдела. – Но вот наши соседи вдруг почему-то решили, что мы посягаем на государственную тайну.
– Вот еще?! Нам что, своих мало? – рискнул пошутить майор.
– Ваших вам, может, и хватает. А вот в наши вам лучше не лезть, – хрипло произнес полковник.
Только теперь, оказавшись с ним на одном уровне, майор разглядел еще один шрам, пересекавший горло офицера так, словно ему пытались отрезать голову. Похоже, именно из-за этого шрама и голос ветерана звучал так грубо.
– Если он что-то знает о случившемся, нам нужно с ним поговорить, – решительно возразил майор. – Я вполне допускаю, что это мог быть теракт, который наши заклятые друзья в своей милой манере решили утаить. А в чем, собственно, проблема?
– В нем, – мрачно буркнул полковник, ткнув пальцем в экран, где красовалась голограмма странного пассажира.
– А что с ним не так? – не понял майор. – Раз вы позволили ему покинуть пределы империи, значит, все не так страшно. Я только не понимаю, зачем было секретить все исходные данные? Ну родился, ну учился, ну служил, и что?
– Майор, ты поучи свою бабу щи варить, – огрызнулся полковник. – Засекретили, значит, так надо.
– Господин полковник, кажется, вы не понимаете, где оказались. Мы – служба внешней разведки. Но если потребуется, мы и здесь все исходники найдем, не обращая внимания на все ваши потуги в области секретов. Это наша работа, секреты добывать.
– Уровень твоего допуска? – неожиданно потребовал полковник.
– Тайга четыре, – удивленно ответил майор.
– Недотягиваешь, – покачал головой полковник.
– Это значит, ответа на запрос не будет? – упрямо уточнил майор.
– Догадливый, – криво усмехнулся полковник.
– Все ясно. Можете возвращаться на место, майор, – закончил спор хозяин кабинета, отключая компьютер.
Поднявшись, майор коротко поклонился, звонко щелкнув каблуками, и вышел из кабинета. Проводив его взглядом, начальник аналитического отдела вздохнул и, повернувшись к полковнику, тихо сказал:
– Андрей, а теперь серьезно. Что это за кадр и почему он оказался там, если такой секретный? Только не говори мне, что моего уровня допуска для этого мало. Сам знаешь, выше, чем у меня, допуск только у начальника нашей службы и самого императора.
– Долгая это история, Слава, и грязная, – вздохнул полковник, бросив быстрый взгляд на огонек над дверью.
– Вот даже как? – насторожился Вячеслав Сергеевич Миловский.
– Угу, – мрачно кивнул полковник.
– Давай подробности. Иначе я и вправду на твой архив своих барбосов спущу, – потребовал Миловский.
– Мутная это история. Настолько мутная, что даже вспоминать не хочется, – скривился полковник. – Помнишь скандал с торговлей наркотиками в легкопехотном полку?
– Это когда все командование полка к стенке поставили? – уточнил Миловский. – Конечно, помню.
– Так вот, именно этот парень это дело и вскрыл. Случайно.
– Погоди, он же вроде в десанте, – удивился Миловский.
– Их тогда на совместные учения отправили. Взаимодействие родов войск отрабатывали. Вот там все и случилось, – вздохнул в очередной раз полковник.
– Андрей, давай без конкретики, но с подробностями, а то я уже начинаю в причинно-следственных связях путаться.
– Ну, если без конкретики, то десять лет назад на учениях командир роты десанта разбил командиру легкопехотного полка физиономию. Причем разбил так, что его пришлось в реанимационный танк в экстренном порядке запихивать. Следствие показало, что на отработке взаимодействия две трети личного состава полка находилось под воздействием наркотиков. Но это вскрылось позже. А на тот момент сам избитый полковник, который своими неадекватными командами чуть не погубил людей, оказался под кайфом. Доза была такая, что слона свалить можно. Именно поэтому капитана, за нанесение побоев старшему по званию, разжаловали до рядового и отправили в пояс астероидов, пиратов гонять, а не отдали под трибунал. Что называется, от греха подальше. Но ситуацию с наркотиками взяли на карандаш. А когда следствие вскрыло всю цепочку, в генштабе за головы схватились. Все командование полка было вовлечено в преступный бизнес. Но пока шло следствие и судебные разбирательства, бывший капитан успел дослужиться до сержанта и по окончанию контракта подал в отставку.