Кивнув, Миша быстрым шагом вышел из рубки и направился к шлюзовой камере, где его бойцы уже начали переводить пленных пиратов на борт рудовоза.
– Допросили? – коротко спросил он, хлопнув боцмана по плечу и кивая на пленных.
– Да. Как я и предполагал. Нарвались на патруль, и их здорово потрепали. Ушли в пояс астероидов, залатали дыры и решили попробовать добыть хоть что-то на этой трассе. Почти весь экипаж и абордажную команду у них выбили, так что яхта для них была просто даром небес. К тому же эти израилиты оказались совсем не бедными. Но тут нарисовались мы, во главе с имперским головорезом, и их неправедный путь закончился, – с изрядной долей ехидства в голосе закончил боцман.
– Эсминец сильно покорежен? – усмехнувшись, спросил Миша.
– Летать уже точно не будет, но даже по цене лома нам хватит, – решительно заявил боцман. – Там мои ребята уже три накопителя сняли. А то наши совсем старье. Ты не против? – осторожно уточнил он, пытливо глядя на Мишу.
– С чего бы вдруг? – развел руками Миша.
– С хорошими частями и узлами призовые больше, – уточнил боцман.
– Всех денег не заработаешь, всех женщин не отлюбишь, – усмехнулся Миша. Призовые получим, и я дальше поеду. А вам еще летать на этом корыте.
– Твоя часть – четыре доли, наравне с капитаном, – добавил боцман.
– Как это? – не понял Миша.
– Боем и абордажем ты командовал, так что все честно.
– Ладно, как скажете, – Миша покладисто кивнул, решив не уточнять, что рассчитывал на одну долю, как рядовой матрос. Деньги ему были нужны.
– Пойдешь с нами? – спросил боцман, кивая на шлюз.
– Как пирата потащим?
– На буксире. Маршевый-то мы ему снесли.
– А рудовоз потянет?
– «Трудяга» и не такое потянет, – решительно заявил боцман. – Он хоть и старенький, но крепкий. Вот только двигатели бы ему поменять и накопители, и цены бы старичку не было.
– Ну, если все сложится, может, и поменяете, – вздохнул Миша.
– Так ты идешь? – не отставал боцман.
– Ежели вы не против, то мы хотели бы видеть этого юношу у себя в гостях некоторое время, – послышался голос, и к ним подошел старый раввин.
– Понятно, – с усмешкой кивнул боцман.
– Сами справитесь? – смутился Миша.
– Конечно, справимся, – отмахнулся боцман. – Дело знакомое.
– Тогда я попозже вернусь, – решился Миша.
– Давай, – рассмеялся боцман. – Только смотри, чтобы женатым отсюда не уйти.
– Я же гой, – не остался в долгу Миша.
– Ох, молодой человек, как ви не туда думаете, – покачал головой раввин, семеня рядом с ним. – Наши женщины выходят замуж за гоев и с удовольствием рожают от них детей. А самое главное, что эти дети тоже считаются потомками народа Моисея. Ведь род у нас ведется по женской линии. Так что, ежели ви решите взять правоверную девушку, то я сам, лично проведу для вас обряд и скажу: мазлтов.
Судя по тому, что старик то и дело перескакивал с русского на интер, у него давно не было языковой практики, и теперь он с огромным удовольствием восполнял потерю.
– Я плохой зять, – рассмеялся Миша.
– Кто вам сказал этих глупостей?! – возмутился раввин.
– Бродяга, без гроша в кармане, у которого ни кола, ни двора. Какой женщине такой подарок нужен?
– У вас есть голова, образование и руки, а это главное. Поверьте старому раввину.
– Ох, ребе, вашими устами только кошерный мед пить, – не удержался Миша от легкого хулиганства, попытавшись скопировать его говор.
Удивленно глянув на него, раввин громко, от души расхохотался.
Получив карт-бланш на все действия, профессор Дуглас с головой погрузился в работу. Теперь он выходил из лаборатории только, чтобы поесть, да и то если кто-то из лаборантов не забудет чуть ли не насильно оторвать его от работы. Через месяц такого режима профессор напоминал отдаленную тень самого себя. Не думая ни о чем, кроме решения поставленной задачи, он не сразу обратил внимание, что однажды за его плечом появилась огромная фигура.
Простояв так минут десять, Расти негромко кашлянул, заставив Дугласа вздрогнуть и растерянно оглянуться. Убедившись, что его видят и узнали, гигант улыбнулся уголками губ и, вежливо поздоровавшись, спросил:
– Профессор, вы решили покончить с собой?
– В каком смысле? Почему? – растерялся Дуглас.
– Вы себя последний раз когда в зеркале видели?
– А-э, не помню, – растерялся профессор.
– Мне сообщили, что вы уже потеряли четверть собственного веса. Так нельзя. Вы нужны нам здоровым и способным работать, а не полутрупом, не способным внятно озвучить свои мысли. С завтрашнего дня вы возьмете три дня выходных, а потом будете работать строго по графику. График вам передадут.
– Но мне сказали, что задачу я должен решить как можно быстрее, – попытался выкрутиться Дуглас.
– Умерев, вы ее вообще не решите, – отрезал Расти.
– Но я нормально себя чувствую, – уперся профессор.
– Но находитесь на грани истощения. Как физического, так и морального. Так не годится. И учтите, это приказ мистера Спектера.
– Хорошо, – нехотя сдался Дуглас.
– А теперь, раз уж я здесь, расскажите в двух словах, чем вы сейчас заняты, – кивнув, попросил гигант.