— Танцы, — произнесла она после довольно продолжительного молчания. — Мы должны присматривать на них за студентами... Я... мне кажется, что вдвоем это делать будет гораздо удобнее, чем поодиночке. Ты не против пойти туда вместе? Чисто профессионально, разумеется.
— С удовольствием, — ответил Жон, ухмыльнувшись и порадовавшись тому, что Глинда сейчас не видела его лица. — Как думаешь, для нас окажется допустимо немного потанцевать друг с другом после того, как всё успокоится?
Или он просил слишком о многом?
— Да, — сказала Глинда, открыв дверь. — Мне кажется, это будет более чем допустимо.
Примечание автора: В этой главе был дан ответ на вопрос о том, почему Жон рискует жизнями членов команды RWBY. С его точки зрения, им вообще ничего не угрожает, а любую опасность он от них уже отвел.
Насчет поставленного Синдер мата... Вряд ли стоит говорить, что партия еще далека от завершения.
Авторский омак:
"Сейчас твоя очередь, Эмеральд", — раздался язвительный голос в голове у девушки с зелеными волосами. — "Меня едва не освежевали в его комнате, а ты в прошлый раз даже не смогла всего лишь постучать ему в дверь".
Тьфу, каким же все-таки козлом был Меркури. Как будто у него самого хватило бы смелости прервать злодейский хохот столь опасного человека... Да он к тому коридору и близко бы не подошел!
Ага, подслушать под дверью какие-нибудь планы могло показаться замечательной идеей... но тем-то и отличался хороший шпион от мертвого, что первый никогда не забывал о необходимости выжить и вернуться обратно с добытой информацией.
Само собой, Меркури на всё это было наплевать, так что Эмеральд пришлось отправляться сюда, чтобы хоть что-нибудь выяснить о замешанном в криминальных делах профессоре Жоне Арке.
— Ты готова к церемонии? — спросила у нее фигура в капюшоне, и к своему немалому ужасу, Эмеральд поняла, что голос был явно мужским.
Ох...
— Да, — почтительно ответила она, несмотря на жгучее желание заползти в какую-нибудь дыру и тихо там сдохнуть.
Это оказалась самая худшая идея, которая только приходила ей в голову. Хотя нет, не стоило отрицать всей гениальности подобного варианта, как, впрочем, и невероятной его дерьмовости. В конце концов, кто мог знать о цели ее задания больше, чем следившие за ним сталкеры?
— Тогда поприветствуем нашу новую сестру в семье, еще одну овечку в стаде и свежую рыбку в косяке!
— М-м... тунец... — донесся из толпы приглушенный женский голос, но стоявшая неподалеку фигуристая девушка в капюшоне врезала локтем в бок его хозяйке.
— Возрадуйся, дитя, ибо вскоре ты родишься вновь уже в рядах ФаКуПА!
Толпа подняла руки вверх, добавив еще немного жути и без того мрачной атмосфере. Они вовсе не хлопали в ладоши и вообще не издавали ни единого звука, создавая такое впечатление, будто камыш тихо покачивался на ветру.
Ох... Фан-Клуб Профессора Арка... частью которого Эмеральд только что стала. Это было немного унизительно, но как и сказал Меркури, об их цели собравшиеся здесь люди знали куда больше, чем они сами.
Впрочем, никакие рациональные доводы не помешали Эмеральд поклясться в том, что она еще отомстит своему напарнику...
— Что скажешь нам в ответ на эту честь? — спросил парень в капюшоне, опустив ей что-то на плечи.
Ох, дерьмо... Она должна была еще и что-нибудь им сказать?
— Эм... Ура?
— Воистину ура... — произнес парень, и кое-кто из толпы повторил за ним это слово.
Вот какого хрена?..
— Очень хорошо, дитя. Иди и займи свое место в наших рядах. У нас один отец и одна мать... а также общая на всех любовь нашего Бога, что ходит среди нас.
— Так почтим же его трусы, — раздалось из толпы, а Эмеральд внезапно оказалась в объятьях парня.
В ее голове пролетело множество мыслей, оставив после себя лишь одну: в жопу этот план! Они добудут необходимую информацию каким-нибудь другим способом! Но вокруг внезапно стемнело, звуки стихли, а ее саму поглотила тьма.
Эмеральд устала... она очень сильно устала...
Темнота казалась ей нежной и ласковой, несущей покой и отсутствие тревог... а затем ей в глаза ударил яркий и обжигающий свет, причем настолько внезапно, что Эмеральд не удержалась и упала на задницу.
— Суки, больно же!
— Первые слова новорожденного ребенка, — прозвучал всё тот же мужской голос, теперь казавшийся совершенно оглушительным. — С этих пор наша новая сестра будет известна как леди "Суки, больно же".
Наверное, Эмеральд бы его сейчас ударила, если бы ее внимание не привлекла к себе куда более насущная проблема.
— Подождите, где моя одежда? Почему я голая?!
— Потому что ты была рождена заново, дитя, и никто не приходит в этот мир уже в одежде! — пояснил ей всё тот же голос с такой интонацией, словно волшебник говорил с зачарованными зрителями. — Теперь все предыдущие грехи с тебя смыты, и наступило время... искупления!
