— Чтобы торчал из кармана, бестолочь! Боги, это практически равносильно тому, чтобы иметь дело с пещерным человеком. Ладно, можешь не беспокоиться. Раз уж твоя репутация в итоге ляжет несмываемым пятном на мою, то я не буду брать деньги за столь тяжкий труд, который позволит тебе перестать выглядеть как полный придурок.
— Очень щедро с твоей стороны...
Жон не собирался признаваться в этом Роману, но действительно считал его предложение весьма неплохим. Особенно сейчас, когда был намерен пойти на танцы вместе с Глиндой... Ну, чисто профессионально, разумеется, но в таких случаях всё же никогда не стоило забывать хорошенько приодеться.
— Я надеялся поговорить с тобой о Синдер и ее планах.
— Надежда — это вообще довольно любопытная вещь, — кивнул Роман, продолжив шагать куда-то вглубь склада. Жону оставалось лишь попытаться от него не отстать. — Мы все вечно на что-то надеемся, и пусть наши желания очень редко сбываются, но это ничуть не мешает нам испытывать потом еще большую надежду. Честно говоря, я нахожу подобное явление несколько странным.
— Мог бы просто сказать "нет". Совсем не обязательно выдавать целый философский трактат вместо одного-единственного слова.
— Вот потому-то в твоей жизни столько стресса. Ты постоянно куда-то спешишь. Знаешь, в чем заключается твоя основная проблема, Жон?
— В связях с преступным миром, шантаже со стороны различных темных личностей и просто неудачном стечении обстоятельств?
Роман закашлялся.
— Ну, примерно так и есть... Но вообще-то, я имел в виду твою реакцию. Ты торопишься, гонишься за кем-нибудь, позволяешь застать себя врасплох и получаешь новые проблемы, — сказал он, после чего замолчал, некоторое время просто куря сигару, а затем выпустил облачко дыма в сторону потолка и продолжил: — Никто не способен победить в игре под названием "Жизнь" за счет одних лишь ответных реакций. Если тебе что-нибудь потребовалось, и ты пожелал это заполучить... то придется либо драться, чтобы никто не смог отнять у тебя твою добычу, либо достаточно быстро бежать, чтобы успеть вовремя унести ноги.
Не реагировать на чьи-то поступки, а действовать самому?
Было бы всё настолько просто... Что Жон мог поделать, если появление Синдер в Биконе стало для него полной неожиданностью? Да и те методы, при помощи которых она вредила его студентам, даже не были ему до конца ясны.
— И как же я, по-твоему, должен действовать, если совершенно ничего не знаю о ее планах? Синдер нарезает вокруг меня круги, а я понятия не имею о том, что она задумала.
— Разумеется, Синдер нарезает вокруг тебя круги, — прорычал Роман, для пущей доходчивости стукнув Жона тростью по голове. — Потому что ты до сих пор считаешь, что на это как-то требуется реагировать. Если будешь действовать самостоятельно, то ее планы тебя интересовать перестанут, поскольку найдутся и свои собственные.
— И что же мне тогда делать? — спросил он, оттолкнув от себя трость и подумав о том, что никто из окружающих даже не посмотрел в их сторону. Здесь что, постоянно кого-то избивали? Или они не видели абсолютно ничего необычного в том, что колотили именно Жона?
— Попытайся для разнообразия воспользоваться тем серым веществом, которое находится у тебя между ушей. Ты же вроде бы собирался стать крутым Охотником, да? Ну что же, поздравляю — примерно так они и живут. Будешь в одиночку останавливать орды монстров и жертвовать своей жизнью ради людей, которые потом даже не вспомнят твоего имени, — произнес Роман, крутанув в ладони трость и отвернувшись, а затем вскинув руки вверх, как будто бы обращаясь к кому-то на небесах. — Разве всё получилось не так, как ты хотел?
— Люди в Биконе меня уважают, — не мог не возразить ему Жон. — А даже если я когда-нибудь погибну, то меня будут помнить.
Роман устало опустил руки.
— Да ну? Насколько я понял, помнить они будут не тебя, а никогда не существовавшего человека — бесстрашного профессора, героя Вейла и одного из тех немногих, кто сумел пережить трагедию Вакуо. Настоящий Жон Арк умрет точно так же, как и жил, — ухмыльнулся Роман, оглянувшись на него через плечо. — Во лжи.
— И к чему ты всё это сказал?
— Хм?
— Я спрашиваю, — пояснил Жон, сердито уставившись на Романа, — в чем заключается смысл твоей речи? Или считаешь, что я не осознаю, насколько опасна построенная вокруг меня паутина лжи? Не понимаю, что могу в любой момент погибнуть? Не догадываюсь о том, что люди позволяют их обманывать лишь по той простой причине, что слишком хорошо обо мне думают?
Он усмехнулся, хотя даже ему самому подобная реакция показалась очень близкой к истерике.
— Да, я — идиот... но всё же не настолько.
— Что, правда? — хмыкнул Роман, повернувшись к нему и опершись на трость.
Жон недовольно на него посмотрел, почувствовав под этим издевательским взглядом жжение в глазах, а затем упрямо помотал головой.
— Возможно, я обманщик, лжец, жулик и шарлатан, но прямо сейчас еще и профессор Бикона. Всё остальное не так уж и важно, Роман, а потому прекращай тратить мое время на свои глупые игры!
— Хе-хе... Ха-ха-ха... — донеслось от того, когда Жон закончил свою речь.
