Похоже, она и вправду ни о чем подобном раньше не думала... В отличие от него самого, который, к своему немалому стыду, был вынужден признать, что все-таки размышлял о ней в подобном ключе... и даже несколько раз.
"Черные кружевные трусики", — услужливо напомнил ему мозг, тут же подстегнув воображение.
— Бери еще вот это, — прервала его мысли Коко, сунув в руки стопку одежды и направив в сторону кабинки. — Надень и возвращайся. Мне нужно убедиться в том, что она тебе подходит.
Жон кивнул и пошел примерять новый костюм, уже у самой кабинки обернувшись и посмотрев на девушек.
Коко о чем-то рассказывала Пирре, которая сначала просто смущенно улыбалась, а затем и вовсе рассмеялась. Вельвет тоже хихикнула и что-то добавила. С такого расстояния невозможно было разобрать слова, но выражения их лиц говорили сами за себя.
Он покачал головой, вошел в кабинку, задернул шторку и принялся раздеваться.
Его несколько удивил тот факт, что Пирра настолько хорошо сумела поладить с Коко. Возможно, всё дело заключалось в приложенных последней усилиях, а может быть, сыграло свою роль ее собственное очарование. Этого Жон не знал, но зато прекрасно помнил, как ошибся в оценке ситуации в начале учебного года.
Вполне вероятно, что никакой проблемы бы и не возникло, если бы он просто поговорил с Пиррой и Вельвет. Ну, или посоветовал бы им самостоятельно обсудить свои взаимоотношения, а не предложил бы Пирре удобный способ убежать от всех неприятностей, подружившись с Руби. Нет, Жон вовсе не жалел о том, что подтолкнул их друг к другу, но знакомство с Руби ничуть не помешало бы Пирре решить все разногласия с Вельвет, если бы он просто вовремя сообразил. Тогда ей не пришлось бы страдать от одиночества в собственной команде.
— А теперь последствиями этой проблемы занимается Коко, — пробормотал Жон.
Он даже не заметил неуверенности в поведении Пирры, хотя та буквально бросалась в глаза любому хоть сколько-нибудь внимательному человеку. Возможно, если бы Жон являлся настоящим психологом, то не допустил бы подобных промахов.
Хм... То есть основная проблема заключалась именно в нем?
"Наверняка ведь так и есть", — со вздохом подумал он. — "Если бы я не медлил в вопросе с Нео, то имелся бы шанс предотвратить произошедшее с Янг. А если бы проявлял чуть большую осторожность рядом с Синдер, то не угодил бы в мою нынешнюю ситуацию. Не говоря уже о Романе..."
Роман...
Если подумать, то ничего бы Жон не изменил. Выбор между услугой Синдер и переездом в Атлас вместе с командой RWBY был совершенно очевидным. К тому же за этим предложением наверняка стоял генерал Айронвуд, а вовсе не Винтер, решившая переместить сестру поближе к себе, как он изначально полагал. Вот только предупреждение Романа насчет опасности Синдер игнорировать явно не стоило, как и радоваться успешно полученному от нее Праху.
Тогда всё выглядело не так уж и страшно... Да, Синдер являлась преступницей, но разве сам Жон был добропорядочным гражданином? Она желала попасть в Бикон, что-то там украсть, после чего тихо уйти. Ему не слишком нравилась моральная сторона вопроса, но никаких жертв тут не предполагалось. Ее план казался совершенно незаконным, но все-таки не злодейским.
А потом случился Прорыв...
"Дальше так продолжаться не может. Даже сейчас я почему-то развлекаюсь вместо того, чтобы попытаться решить все мои проблемы с ней".
Наверное, это было несколько несправедливо по отношению к Жону. В конце концов, сегодняшнюю встречу предложила именно Глинда, да и на подготовку к Фестивалю Вайтела уходило немало времени. Колизей Согласия прибывал уже во вторник, как и огромное количество кораблей Атласа, которые его сопровождали.
— Чего бы она ни хотела, это как-то связано с праздником.
Очередная ошибка... Следовало подумать обо всем этом немного раньше и расспросить Романа до того, как его арестовали. А теперь разве с ним поговоришь?
Ну, пожалуй, тут всё зависело от текущего местоположения Романа. И данную информацию стоило уточнить. В конце концов, за проведенное в тюрьме время его верность Синдер могла немного ослабнуть... настолько, что при некотором везении он даже не откажется сообщить что-нибудь полезное.
"Чем я вообще занимаюсь? Вряд ли у меня получится обмануть Романа... да и Синдер тоже. Будет гораздо лучше, если я просто расскажу всем правду, бросив нас обоих на съедение Беовульфам".
Но так поступать Жон, само собой, не собирался. Он уставился на смятую в сжатых кулаках ткань выбранной Коко белой рубашки и подумал о том, каким был эгоистичным идиотом. Именно эгоистичным, потому что ему нравились его коллеги, студенты и помощь им. Даже самые дикие выходки Озпина, Питера и Барта заставляли Жона смеяться. Он чувствовал себя в Биконе как дома.
— Ты вступил на скользкую дорожку, — сказал Жон самому себе, наконец приступив к одеванию. — На очень скользкую дорожку.
