Она еще раз вздохнула, на секунду отвела взгляд в сторону, а затем посмотрела прямо ему в глаза и произнесла:
— В моей комнате нет никакого кофе. Я... имела в виду совсем другое.
— Зачем же тогда-?..
Жон не успел договорить, поскольку к его губам прижался палец.
— Ты просто олицетворяешь собой мою работу, — сказала Глинда. — Иногда очень сильно раздражаешь, особенно некоторой... недогадливостью.
Вот теперь она еще и оскорбляла Жона. Неужели тот успел всё испортить?
— Но ты можешь... проявлять и другие качества.
— Я тебя не понимаю... — пробормотал он, хотя свой палец Глинда так и не убрала. Это, к слову, вызывало у него странное возбуждение.
Она закатила глаза.
— Давай я лучше покажу, — сказала Глинда, все-таки убрав палец, но не дала ему времени вставить хотя бы слово и закрыла рот поцелуем.
Жон замер, не успев никак отреагировать и едва ли не потянувшись к источнику исчезнувшего тепла, когда Глинда оторвалась от него.
— Ох... — тупо пробормотал Жон. — Ох...
— Нет там никакого кофе, — повторила слегка покрасневшая Глинда.
Вряд ли она сейчас испытывала смущение. Для чего-то подобного Глинда была слишком взрослой. Да и для него, скорее всего, тоже.
— Но не хочешь ли ты зайти на чашечку?
Теперь Жон наконец понял, что конкретно она имела в виду.
"Тебе всё еще требуются подсказки?" — раздался голос в ожившем наушнике. — "Да, ты хочешь зайти на чашечку кофе!"
Он отключил устройство связи, замаскировав свое действие под почесывание уха, и громко сглотнул под взглядом Глинды. Жон чувствовал страх, неуверенность и то, что у него подкашивались ноги, а также головокружение и... немалое возбуждение.
Он и сам не знал, чего ему хотелось больше: завопить от радости или рухнуть в обморок, но Глинда по-прежнему ожидала его ответ.
— Тебе совсем не обязательно это делать, — пожала она плечами. — Я — взрослая женщина и вполне переживу отка-...
— Но я хочу, — прервал ее Жон, не слишком хорошо контролируя эмоции и потому густо покраснев.
В конце концов, ему было всего лишь семнадцать лет, в то время как Глинде... Впрочем, подобные подробности оказались совсем ни к чему. Так или иначе, он действительно хотел принять ее приглашение.
— Просто... — пробормотал Жон, отведя от нее взгляд. — Я не знаю, как...
— Наверное, мне стоит тебя научить, — улыбнулась Глинда, открыв дверь. — И как нам обоим известно, процесс обучения способен приносить немалое удовлетворение. Не желаешь ли чашечку кофе, Жон?
Он нервно сглотнул и ответил:
— С удовольствием.
А затем вошел в ее комнату.
Комментарий автора: Ага, это все-таки произошло. В какой-то момент окончание свидания могло сорваться ради увеличения количества недопонимания, но вышло именно так, как вышло. Впрочем, пейринг всё равно не утвержден. В конце концов, свидание — это всего лишь свидание, тем более для взрослых людей. Не стоит приравнивать его к свадьбе.
Практически никаких последствий поединка с Винтер в этой главе нет, поскольку повествование вертится вокруг Жона. Но в дальнейшем они наверняка появятся.
Авторский омак:
— Конечно, — кивнула она. — Пожалуй, пока схожу в уборную.
Глинда проследила за тем, как Жон двинулся в направлении мужского туалета, и пошла в противоположную сторону. У самой двери она отклонилась от курса, сосредоточившись на своей истинной цели.
Двое сидевших за столиком мужчин вздрогнули, когда Глинда с силой опустила ладони на столешницу.
— Джентльмены, — поприветствовала она их, пригвоздив ледяным взглядом Озпина и Барта к стульям. — Как неожиданно вас здесь встретить.
— Глинда! — пробормотал Озпин, всё же сумев разыграть удивление, пусть и не настолько хорошо, чтобы ее обмануть. — Вот это совпадение. А мы с Бартом... наслаждались небольшим ужином. Правда, Барт?
— Конечно. Директор предложил обсудить приближающийся Фестиваль Вайтела, и я сразу же вспомнил этот ресторан... — отозвался тот, замолчав, когда Глинда слегка приподняла бровь, после чего неуверенно добавил: — Мы... встречаемся?
— Точно, — кивнул Озпин, обняв Барта за плечи. Еще никогда Глинда не видела их настолько смущенными. — Просто мы не хотели тебе об этом рассказывать, поскольку боялись, что ты никогда не примешь наши отношения. Даже сейчас ты смотришь на нас с таким упреком и отвращением-...
— Озпин...
— Кстати, я — твой начальник, так что меня никак нельзя убивать.
— Уходи, — сказала Глинда, строго посмотрев на этого самого начальника. Тот, к его чести, ее взгляд все-таки выдержал, пусть даже обильно вспотев.
