Поэтому княжич сам того не осознавая, искал подвох и пытался своими силами справиться с проклятием, не задумываясь о последствиях.
— Во время ритуала ваше тело будет испытывать огромные нагрузки. Каждая микротравма уменьшает ваши шансы выжить, — я провёл большим пальцем правой руки по своему горлу. — Если хотите пережить ритуал, не перенапрягайтесь. Пока что на три дня я отстраняю вас от занятий, чтобы вы восстановились. Магией пользоваться тоже запрещаю, только изучать теорию. Это не обсуждается. К тому моменту я закончу работать с приготовлениями.
— Уже? — удивлённо спросил парень.
— Чем позже начнем, тем меньше шансов на успех. Мне осталось сварить парочку зелий, чтобы перестроить ваше тело, подготовить место и предупредить ИСБ. Немногим позже я сообщу, где будет проходить ритуал, — прежде, чем парень что-то успел сказать, я добавил: — Также зайдите ко мне на днях, чтобы мы подписали магический договор. Клятва это хорошо, но у меня нет желания, чтобы потом для её подтверждения кто-то бы лез в мою голову.
Это княжич мне может принести клятву с отказом ото всех претензий в случае смерти, но поверит ли в мои слова род Алеевых? Разница в наших статусах (всё же мой официальный сейчас несколько ниже) слишком велика. Тут даже связь с главой ИСБ не поможет. Они будут в своем праве затребовать доказательства приношения клятвы, а значит меня будет проверять имперский менталист.
Слишком много хлопот на ровном месте. Тем более Алеевы затаят на меня глубокую обиду, ведь я выставлю их полными идиотами. И сына их «убил», и ещё доказал их неправоту. А так имея на руках договор, они даже не посмеют сунуться в имперскую канцелярию. Их самих сразу же пошлют в далёкие земли, если они попытаются его оспорить.
— Само собой, Алексей Дмитриевич. Я предупредил своих слуг о возможных последствиях. Шаблон договора у меня готов, всё, что нужно, это ваша подпись. Можем её подписать хоть сегодня, — довольным голосом ответил Алеев и широко улыбнулся. Чему он так обрадовался, я только догадывался.
— Отлично. Нужна ещё одна копия для Лидии Евгеньевны. Она тоже будет помогать в ритуале, — ответил я, внимательно наблюдая за реакцией княжича. Надо отдать ему должное — он сохранил невозмутимый вид.
— Вы же не нарушили слово? — спустя пару секунд спокойно поинтересовался Алеев. Видимо подбирал выражение, чтобы оно не звучало оскорбительным.
— Нет, — хмыкнул я в ответ. — Однако её присутствие облегчит мне работу. Если вы потеряете контроль над телом, я физически не смогу погрузить вас в сон и поддерживать ритуал.
— А какая ей от этого выгода? — с любопытством спросил княжич. — Мы с ней, конечно, дружим, но я не думаю, что она станет рисковать просто так.
— Она согласится, — ухмыльнулся я. — Тем более для нее это ценный опыт.
— Разносторонность прикладной магии я понять могу. А ритуалистика здесь каким боком? — недоумённо спросил Алеев. — Насколько знаю, это не профиль Лидии Евгеньевны.
— Магии можно учиться по-разному. Иногда такой взгляд со стороны даёт в разы больше, чем обычное обучение, — терпеливо объяснил я парню и посмотрел в сторону выхода. — Я могу не просить её о помощи, но от этого хуже будет всем. Так что скажете?
— Возражать против её участия не стану, — уверенно ответил Алеев. — Но прежде она должна подписать договор о неразглашении. Чтобы уберечь все стороны от последствий.
— На ваше усмотрение, Максим Леонидович, — ответил я, после чего направился к выходу. Мне ещё Морозову учить и подготовить к тому, с чем ей придется столкнуться.
Три дня пролетели как один. Я себя почувствовал как в дне сурка. Утром тренировка, потом занятия, потом обсуждение мероприятий на турнире, алхимия и сон. На остальное попросту не хватало времени. Если бы не Мария Игоревна, чувствую, и на алхимию у меня не оставалось бы времени.
Арену строили далеко за пределами Академии, и я физически не мог наблюдать за ходом работы. Поэтому возникли проблемы в коммуникации между друг другом.
Например, я говорил, что требуется арена с каменной местностью, с выступами, где будут расставлены ловушки и големы. Дополнительно я указал, куда расставлять ловушки и как их прятать.
Арену в итоге построили, только в процессе кому-то взбрело в голову увеличить масштаб арены. Как следствие, расставленные ловушки потеряли всякий смысл, потому что появились новые пути. Зачем командам тратить время на длинный путь, когда можно пойти коротким, тем самым завоевав себе победу?
Такие нюансы всплывали в каждом аспекте. Приходилось помогать переделывать планировку арены в очень сжатые сроки. Конечно, я мог этим не заниматься, но это уже было дело принципа. Раз взялся что-то делать, то делай это на совесть.
И тем не менее не могу скрывать, но мне хотелось всех этих работников проклясть, чем-нибудь вроде и безобидным, но чтобы они на всю жизнь запомнили, как тратить моё время. Жаль, что нельзя поддаваться столь явным эмоциональным порывам. Да и тут помимо меня хватало «советчиков», вот и получался сломанный телефон.
