Там музыка играла не так громко, как снизу, да и в целом царила спокойная атмосфера. Когда же мы дошли до дверей, то внутри всё кардинально отличалось от первого этажа. Если до этого все было в неоне, переливаясь разными цветами, то тут наоборот. Горел тёплый свет, вместо диванов и шестов стояли стол и кресла. Пол из дерева, а не кафеля, множество декоративных растений, звуки струящегося ручейка…
Я бы сказал, что комната подчёркивала мирную обстановку, да стоявшие возле стен люди портили впечатление. Как бы они ни старались этого скрыть, я чувствовал на себе их пронзительные настороженные взгляды. Не маги, но огнестрел при себе имеют. И зачем их ставить для переговоров?
Единственный, кто сидел в кресле, был молодой паренёк, выглядящий лет так на двадцать. По форме я понял, что он один из студентов. Не контролирует, похоже, Аристарх Евгеньевич, что у него творится в его же вотчине.
— Алексей Дмитриевич, рад вас видеть, — поприветствовал меня незнакомец. Голос у него был тонкий и раздражающий, однако своих эмоций я не показал. — Меня зовут Пётр Власович. Мы с вами видимся впервые, однако, думаю, мы быстро найдем общий язык. И можете не переживать, чужие этот разговор не услышат.
— Это как пойдет, Пётр Власович, — улыбнулся я, и сел за кресло напротив. — Охрана, я так понимаю, чтобы переговоры шли успешнее? — саркастично добавил я.
— Ну что вы, Алексей Дмитриевич, — улыбнулся Пётр. — Это наши союзники. Они здесь только потому, что я им доверяю. Поэтому наш с вами разговор проходит вместе с ними. Мне от них нечего скрывать. Поэтому я обещаю быть с вами таким же открытым.
— А вы не боитесь, что я послушаю вас, а потом пойду и доложу обо всём ИСБ? — я демонстративно приподнял левую бровь. — Или вы готовы вести тайную борьбу, делясь информацией с каждым встречным?
— Не знал, что вы такой шутник, — рассмеялся в ответ Пётр и стукнул ладонью по столу, будто я ему рассказал очень смешную шутку. От такой наигранности я чуть не закатил глаза. — Само собой, перед тем, как вас пригласить, я тщательно изучил ваше досье. И я практически уверен, что вы не станете отказываться. То, что вы здесь, уже говорит о половине успеха.
— Меня привело сюда любопытство. В вашем письме вы изъяснялись очень расплывчато, так что я хотел бы прояснить детали, — я стал загибать пальцы. — Например, чем ваше движение вообще является? Какие цели вы преследуете? Как вы их собираетесь добиваться?
— Понимаю ваш интерес, — Пётр положил руки на стол, и с хитрой улыбкой посмотрел мне в глаза. — Давайте начнем по порядку. Наше движение. Мы — простолюдины. Мы обычный народ, который пытаются прогнуть все кому не лень. Аристократы делают всё, чтобы мы стали их слугами. И я сейчас не только о магах. Что перепадает обычным людям? Так, объедки, — махнул он рукой, поморщившись. — Всё самое лучшее всегда достается аристократам. Они — раковая опухоль нашей страны. Рано или поздно эта опухоль лопнет, и мы все захлебнёмся в пролитой крови.
— Пётр Власович, давайте всё-таки ближе к теме, — вежливо сказал я, чувствуя, что парень будет так ещё долго распинаться.
— Прошу прощения, — кашлянул он, делая вид, что ничего не случилось. — Это была вводная. Так вот. Наша главная цель — свергнуть аристократию. Уравнять простолюдинов и аристократов на один уровень, если иначе выражаться.
Что-то подобное я и ожидал услышать. Этот дурачок собирается воевать за равноправие, не понимая, что это за собой несёт. И надо же было додуматься идти против аристократии, которая обеспечивает защиту простого населения не только от Аномалий и таких же магов, но и от других стран. Если бы наши маги не были бы так сильны, то и империи бы не существовало.
Конечно, не всё так однозначно и хорошо, но к этому вопросу надо подходить осторожно и комплексно, а не устраивать революцию на ровном месте.
Впрочем, ладно, сначала надо бы побольше информации с него выбить. Мне аж интересно, насколько глубоко он закопал себя в своей же глупости.
— Мне сложно представить такой сценарий, но допустим. Как вы этого собираетесь добиться? — я вздохнул и откинулся назад, сложив руки на груди.
— Сразу должен сказать, что это будет непросто, — покачал головой Пётр и понурым голосом добавил: — Придётся очень постараться. Это война вдолгую, но мы объединим весь рабочий класс. Без простолюдинов аристократы не будут способны жить. Им тоже нужны питьё и еда. Мы лишим их этого, вынуждая идти на уступки.
— Аристократия будет сильно против этого, — я многозначительно посмотрел на Петра и придвинулся вперед, стукнув пальцем по столу. — Предположим, вы лишите их еды и воды. Простолюдинов тоже надо чем-то кормить и поить. Как вы думаете, если аристократов лишат этих благ, у кого они в первую очередь пойдут всё отбирать?
