— Смотри, — прошептал он своей фирменной хрипотцой. — Ты хотела познакомиться поближе. Тогда смотри… Если я не кончаю три дня подряд — кончает нижняя, пока я не скажу стоп. Это наказание. Её наказание. Но у тебя может быть другое.
Пока он хрипел мне свои угрозы, я, пытаясь перебороть себя, смотрела на вакханалию на столе. Лизун уже уступил место другому, сам, не стесняясь, сунул руку в ширинку и двигал рукой, жадно разглядывая подергивающиеся бёдра Жанны.
Я вздрогнула, когда шепот Олега перетек с уха на шею, опалив её горячим тяжелым дыханием. Он провел губами от уха до плеча, ощутимо прикусив кожу у основания шеи.
— В партнере важна только реакция, а не слова. Сказать можно что угодно, но реакцию подделать трудно.
И я почувствовала его язык, скользящий по моей шее. Губы, прихватывающие кожу в невесомом поцелуе. Легкие впивающиеся засосы.
Глаза сами собой закатились, чувства сосредоточились в районе шеи и плеча, где ласки Олега становились все настойчивее, в районе груди, которую он сжимал в руках, в районе ягодиц, между которых требовательно терся его упакованный в брюки член, и в районе собственного лобка, который упирался в ребро нижней столешницы бара под давлением бедер мужчины.
Вот только звуковое сопровождение никуда не делось, и наваждение развеялось с первым криком Жанны. Я отпрянула от Олега под его смачный мат и опьяневшим взглядом окинула развернувшуюся групповушку.
Кто-то стащил с Жанны кляп и пихал свое достоинство ей в рот, сзади уже пристроился другой, а еще двое нахлопывали ей по заду, в ожидании очереди, и все сопровождалось сальными словечкам и тяжелым дыханием похотливых самцов на взводе.
— Твою мать, — сквозь зубы прошипел Олег, схватил меня за локоть и затолкал в подсобное помещение. — Посиди тут и не высовывайся.
Я и не собиралась. Поняла, что сдерживала рыдания, когда дверь за Олегом захлопнулась, и у меня вырвался первый скулёж.
— Какого хуя? Вы, суки, клиента насилуете, а не удовлетворяете! И к работе относитесь так же, в поисках собственной выгоды. Слезь с нее, блядь! Как ты? Нормально? Тогда начнем сначала. Задача остается прежней — доставить удовольствие. Ей.
Не знаю, сколько я просидела в хранилище. Успела поплакать, повздыхать. Проанализировать свою реакцию на приставания Олега. Поудивляться, что если бы не прыть работничков, то мы за баром устроили не менее горячее представление на публику. Покраснеть от стыда и опять поплакать, с ужасом представляя через что мне предстоит пройти, если я не найду способа избавиться от Олега.
— Подай нож, — я вздрогнула от звука его голоса, все еще властного, но расслабленного.
— Зачем?
— Просто дай!
Выбрав средний нож, я протянула ему и, выждав пять секунд, двинулась следом.
В кабинете уже никого не осталось, только Жанна без движения лежала на столе, пока Олег разрезал на ней веревки.
— Вы ее… убили?
— Да, теперь расчленим, разложим по мешкам и вывезем на кладбище, — саркастически фыркнул шеф, продолжая кромсать неудобным ножом узлы, не задевая кожу девушки. Вот к чему такая осторожность с трупом?
Я смелее подошла к столу и прощупала пульс на запястье. Жанна спала глубоким сном.
— С ней все хорошо?
— Ну-у… — задумчиво потянул Олег, — после нескольких десятков оргазмов, наверное, на некоторое время дам ей отгулы. Пусть восстановится.
— А-ааа, — протянула я, боясь задать вопрос, который как назло вертелся на языке. — А как же вы?
— До этого я как-то три дня обходился? Так и дальше обойдусь.
— Мммм…
Интересно, это можно считать ответом на мой незаданный вопрос? Он-то расслабился или теперь дни неудовлетворенности сплюсуются?
— Она останется здесь, а ты собирайся, я подвезу тебя до дома. Поздно уже.
Я с удивлением обнаружила, что время действительно позднее, приемная пуста, свет выключен, и только мы двое склонились над обнаженным телом Жанны. Как маньяки.
Нервно хихикнула и сбежала за подносом, чтобы собрать уцелевшие чашки и намыть перед уходом. Олег подхватил на руки Жанну и унес в уборную.
Все же мне кажется, у него там не уборная, а полноценная квартира. Просто я немного прикинула размеры того помещения и они впечатляющие, вполне могут вмещать в себя однокомнатную квартиру со всеми удобствами.
— Поехали?
Олег стоял в кабинете и протягивал мне руку. А глаза снова блестели
Мы не разговаривали по дороге. И дверь он мне не вышел открыть. И не попрощался, когда я что-то проблеяла, прежде чем захлопнуть дверцу.
Мудак. Ну а что я хотела? Он и есть мудак. Ладно хоть подвез… Кстати, не спросив адреса. Откуда он знает, где я снимаю квартиру?
В коммуналке, между тем, за два дня мой гардероб «разбежался» по шкафам и чемоданам подруг. А у меня даже сил не было, чтобы скандалить из-за шмоток.
— Значит так. Я ни у кого ворошить сумки не буду, но взяли поносить, потом постирайте и верните в нормальном виде. Если испортили или решили оставить себе — вот коробка, деньги за шмотку в нее. Стоимость посмотрите в интернете. Всем понятно?
