- Так, - сказал он им, указывая на Валеру, - этот молодой мужчина, которого зовут Валера, теперь ваш сержант.
- А что такой сержант? - через Дару поинтересовалась Алохэ-Анна.
- Сержант, - отчеканил Сергей Петрович, - это помощник вождя. Он будет говорить, что вам делать, а вы должны все это выполнять, как будто, это сказал я сам. Понятно?
- А если он приказать нам сделать плохое? - снова через Дару спросила Алохэ-Анна.
- Тогда все равно надо сделать, а потом сказать об этом мне, - сказал Сергей Петрович, - вы можете не знать, плохое он вам сказал или нет, это решаю я. Он хороший мужчина и не будет велеть вам делать плохое, но если это случится, то я его накажу.
Алохэ-Анна окинула Валеру оценивающим женским взглядом.
- Не надо его наказать, - перевела Дара ее слова, - Ва-лера красивый мужчина и мы делать с ним плохое, если он это просить.
Валера засмущался, а Сергей Петрович подумал, что кто поймет этих женщин. Совсем недавно в родном племени их били и насиловали, потом они прошли через испытания, которые должны были стереть их старую личность, и вот теперь, чуть только им стало немного полегче, они снова хотят делать 'плохое' с красивым мужчиной. Надо их так загрузить работой, что бы и мыслей дурных не возникало.
- Все понятно?! - спросил Сергей Петрович Валеру, - тогда командуй!
- Сергей Петрович, а что командовать? - тихо спросил Валера.
Сергей Петрович тяжко вздохнул.
- Горе ты одно, а не сержант, - сказал он, - Направо - и шагом марш!
Валера скомандовал и снова возникли проблемы. Для начала, полуафриканки не имели понятия о том - что такое право, а что такое лево. Раньше оно им было как-то без надобности. Пришлось разъяснять. Потом возникли проблемы с тем - чтобы заставить их идти в ногу, но и с этим тоже с грехом пополам справились. Вы думаете - что Сергей Петрович мается дурью? Как бы не так! Просто он проходил срочную еще во времена СССР, и хорошо помнил те методы, которые позволяли превратить толпу разноплеменных оболтусов, зачастую не знающих русского языка, в спаянный армейский коллектив.
Конечно, к этим методам требовалось еще приложить хорошего офицера, который не пустит дела на самотек и не допустит появления в своем подразделении дедовщины, землячеств и прочей неуставной лабуды. Но с этим, как он считал, у клана Прогрессоров проблем быть не должно. Ни он, ни Андрей Викторович, ни Антон Игоревич, ни Марина Витальевна не были склонны к халтуре, и делали свое дело от души и с огоньком.
Кстати, полуафриканки один раз поймав шаг, так ни разу с него не сбились, и Сергей Петрович подумал, что у них должно быть идеальное чувство ритма, так необходимое для гребли короткими веслами на их каноэ. Так в перечень занятий с полуафриканками попала строевая подготовка. Хотя бы во время движения на работу и обратно. Кстати, команды: 'строиться', 'равняйсь', 'направо', 'налево', 'кругом', 'шагом марш' и 'стой', были первыми русскими словами, которые они начали понимать без перевода.
Придя на стройку, Сергей Петрович первым делом загрузил дровами газогенератор, а пока он раскочегаривался, приступил к осмотру и сортировке напиленных вчера стволов. Полуафриканки тем временем с удивлением рассматривали выглядящий как футуристическое сооружение деревянный каркас будущего цеха.
- Великий шаман Петрович, - наконец спросила Сергея Петровича Алохэ-Анна, - скажи нам - это священное место?
- Да, - ответил Сергей Петрович, - тут живет Дух Молнии.
- Ты приносить нас ему в жертву? - перевела Дара следующий вопрос.
- Нет, женщина, - ответил Сергей Петрович, - он полностью подчинен мне, и ему не нужны жертвы. Но, если вы будете неосторожны и оскорбите его своим прикосновением, то он может обидеться и ударить вас, или даже убить. Поэтому никогда не касайтесь непонятных вещей и делайте только то, что скажет вам ваш сержант. Понятно?
Когда Петрович запустил мотор и тот негромко заурчал, Дара сделала многозначительное лицо, глядя на ошарашенных полуафриканок.
- Великий шаман Петрович, - тихо сказала она Алохэ-Анне, - уже разбудил Духа Молнии. Теперь будьте особенно осторожны.
Впрочем, вскоре полуафриканок ждал еще один шок, когда цепная электропила с визгом послушно вгрызлась в твердую дубовую древесину. А потом им стало не до испуга или удивления. Приходилось, подтаскивать, оттаскивать, подавать, складывать и убирать. Работа хоть и простая, но тяжелая. Вес первого со стороны комля обрезка дубового бревна составлял около полутора тонн, и чтобы через 'раз-два, взяли' подать его на приемный стол ленточно-пильного станка, требовались усилия всей бригады, включая и сержанта Валеру. Вскоре все уже блестели потом, тем более что солнышко припекало не по детски, и перестали пугаться бешено воющего пильного станка, только успевая оттаскивать в одну сторону горбыль, а в другую готовые доски. Опилки Антон Игоревич тоже просил не выбрасывать, ибо планировал, как дойдут руки, соорудить для клана коптильню.
