Кстати, ожидающийся осенью недружественный визит клана Волка беспокоил Сергея Петровича в основном не в смысле военной опасности. Покилять наглых агрессоров для них не составит никаких проблем, лишь бы те не застали клан Прогрессоров врасплох. Мальчик Тэр в деле их клан сам не видел и совершенно не представляет себе, какая это страшная машина смерти Андрей Викторович на поле боя. Тем более, что весь последний месяц по вечерам он натаскивает на клинковый бой против копий Серегу-младшего и Гуга. По два часа, до седьмого пота и кровавых слез. Тут даже и без огнестрела может обойтись, эти трое просто вырежут всех взрослых охотников у Волков и даже не вспотеют. Но вот что потом делать с их бабами и детьми, это именно его забота.
Казарму и общежитие, которые они сейчас возводят, можно использовать только как временное жилье для карантина, а потом, по мере приема в клан, всех надо переселять в Большой дом. Не должно быть людей второго сорта, неправильно это с моральной точки зрения и рождает зависть и социальное расслоение. Сергей Петрович собирался строить монолитное общество, потому что иначе никак.
Оторвавшись от раздумий, Сергей Петрович поднял голову и увидел, что солнце уже склоняется к горизонту, лужайка почти опустела, в речке никто не купается и вообще весь народ начинает толпиться возле обеденных столов. Пора и ему тоже убрать ноутбук в каюту и выдвигаться к месту событий.
А там уже дожидалась своего часа сложенная огромная гора дров, для праздничного костра, котел с глухариным супом и на деревянных блюдах, выточенных еще месяц назад Валерой, горками лежала жареная в свином сале рыба, присыпанная мелко порезанным диким луком. Тут же стояли чайники с тем, что Марина Витальевна называла настоящим фруктово-травяным чаем. Чуть в стороне исходил удушливым дымком мангал, на котором шкворчали, издавая просто убийственный запах, палочки свиного и осетрового шашлыка. Едва только Сергей Петрович приблизился к этому великолепию, к нему тут же подошел Сергей-младший.
- Включать, Сергей Петрович? - спросил он.
- Погоди, - сказал Сергей Петрович, - сначала я скажу несколько слов, а потом включай. Только, что-нибудь повеселей и пободрей, чтоб народ поймал ритм и смог немного поплясать.
- 'Любэ' пойдет? - тут же спросил Сергей-младший, который был горячим поклонником этой группы.
- Ну, не знаю, - ответил Сергей Петрович, который в музыке совершенно не разбирался, - на твой вкус. Что-нибудь быстрое и танцевальное. Ты у нас сегодня диск-жокей. Но только чтобы без чернухи.
- А медляков не надо? - снова спросил Сергей-младший.
- Не уверен, что эта публика оценит медляки, - ответил Сергей Петрович, - не тот темперамент.
- Все, понял, сделаем, - сказал Сергей-младший, - вы как закончите, только дайте знак.
Едва только Сергей-младший отошел, так его тут же сменила Ляля с листком бумаги в руках.
- Уф, Петрович, - сказала она, отбрасывая со лба прядь волос, - готово. Со всеми договорилась, таможня дала добро. Нам с тобой Анна, которая бывшая Алохэ. Андрею Викторовичу с Лизой, Соня, бывшая Сонрэ, она, оказывается, сама к нему неровно дышала. Сереге с Катей подарочек, Таня, бывшая Таэтэ. Валере с его рыжими красотками, Мотя, бывшая Маэтэ. Суровому парню Гугу, Тина, бывшая Тиэлэ.
Подошедшая к ним Марина Витальевна только кивнула Сергею Петровичу головой. Мол, женсоветом все согласовано, не переживай.
- Постой, - сказал Сергей Петрович, - Тиэлэ это та, которая пыталась тогда от нас убежать и не хотела добровольно идти к новой жизни?
- Не знаю, - сказала Ляля, - меня там не было. Сейчас она работает в бригаде кирпичниц и Антон Игоревич на нее не нахвалится. Она и послушная и исполнительная и инициативная и вообще делает чуть ли не полторы нормы. Одним словом спортсменка, комсомолка и просто красавица.
- А что говорит Гуг? - поинтересовался Сергей Петрович.
- Гуг говорить, - передразнила Ляля, - что он будет рад ездить по ночам на такой норовистой лошадке. Короче он не против и его супружницы тоже.
- Ну, хорошо, - сказал Сергей Петрович, забирая у Ляли лист бумаги, - всем строиться, поехали.
- Давай уже скорее, Петрович, - вздохнула Ляля, - а то уже не терпится. Пахнет так вкусно, а ты все тянешь.
- Хорошо, - сказал Сергей Петрович, - сейчас начнем. Тем более, что и солнце уже у самого горизонта.
Оглядевшись вокруг, Сергей Петрович поднял вверх правую руку, отчего вокруг наступила полная тишина.
