- Андрей, - сказал Антон Игоревич, - Если жидкий чугун сразу после плавки продуть воздухом, то получится сталь, а если перестараться с этим делом, то и чистое железо. Дополнительного подогрева не требуется, окисляющийся лишний углерод сам доводит металл до кипения. Это называется Бессемеровский процесс. После него сталь можно разливать по изложницам для дальнейшей переработки в кузнице. Выход готового продукта из единицы руды в доменной печи чуть ли не вдвое выше чем в домнице, а расход угля значительно ниже. Ни руда, ни древесный уголь на нас с неба не падают, руду надо добывать, сушить, обжигать, дробить и провеивать, а уголь пережигать из древесины. Лучше построить печь, заготовить сырья и за один день все переработать на полгода вперед, чем каждый день возиться с домницей, получая максимум по десять килограмм железа. Кстати, тонну железных изделий ты съешь и не заметишь, у нас в грузе только одних разных гвоздей полтонны. Но этим мы займемся не завтра и даже не послезавтра, а как только для этого дела высвободятся свободные руки.
- Вот, - сказал Андрей Викторович, - успокоил. А сейчас нам что делать?
- А сейчас, - сказал Сергей Петрович, - в смысле сразу после обеда, будь другом, пожалуйста привези Лизиной бригаде на стройку сырцовых кирпичей. А то работа стоит.
Сказав это, Сергей Петрович встал и, собрав своих работниц и Валеру, привольно рассевшихся на травке, направился к себе на промзону. Дел было действительно еще много.
Там он, отправив полуафриканок топтать глину для кладки сырцового кирпича, присоединился к Валере в процессе тачкостроения и до вечера они вдвоем успели изготовить аж четыре таких агрегата марки ИЖ 4-2-1 (четыре доски, две ручки, одно колесо). Еще четыре штуки в течении завтрашнего дня Валера доделает сам, тем более что лизина бригада, изрядно помучившись и получив несколько ценных указаний, все же подняла печные стены до уровня дымовой трубы.
А вечером дома его ждал сюрприз. Вполне вероятный, но оттого не менее приятный.
- Петрович, - сказала Ляля, - Марина Витальевна говорит, что скорее всего я беременна. Наверное, ты подстрелил меня первым же своим выстрелом.
Услышав это Петрович нежно обнял свою первую и самую красивую и любимую жену и начал целовать ее во все места, что попались под руку. В этот момент он дал себе слово что рожать его ребенка Ляля будет в нормальных человеческих условиях, в тепле и уюте, лежа на мягкой кровати, застеленной чистыми простынями.
15 августа 1-го года Миссии. Вторник. Пристань Дома на Холме.
Ночью прошел небольшой дождь, который впрочем так и не сумел промочить насквозь слой глины уложенный поверх черного потолка казармы, но это происшествие лишний раз напомнило Сергею Петровичу о том, что с кровлей над казармой им надо бы поторапливаться. Осень с ее дождями была уже не за горами. А тут еще Антон Игоревич подсел к нему за завтраком и показал расчеты и эскизы на новый, увеличенный вариант печи для пережигания древесного угля с рабочим объемом в четыре с половиной кубометра. Выход угля за один цикл должен был составить примерно триста пятьдесят килограмм, выход смолья - сто семьдесят пять килограмм.
Все было хорошо, только выглядела эта конструкция для их условий уж очень монструозно. Представьте себе чуть сплюснутый куб с двойными стенами длиной и шириной почти по три метра и высотой в два с половиной. Еще на два с половиной метра вверх должны были подниматься две дымовые трубы. И по расчетам Антона Игоревича все это удовольствие должно было сожрать чуть больше пяти тысяч шестисот штук жженого кирпича. В их положении это было целое состояние - почти две недели сплошной работы двух обжигательных печей. Хорошо, только что из проекта напрочь исчезло устройство для осаждения вторичных продуктов пиролиза, все кроме смолья в газо и парообразном виде подавалось в топку для дальнейшей утилизации сжиганием и самоподдержания процесса пиролиза.
Сергею Петровичу стало грустно. Если бы не обещанное смолье, то он зарубил бы этот проект на корню. Нет, конечно древесный уголь нужен и с этим никто не спорит, но уж больно неподъемным казался этот проект.
- Так, Игоревич, - сказал Сергей Петрович, немного подумав, - уж больно жирный у тебя получился осетр. Давай попробуем его урезать. Что если весь внутренний контур своей печи ты сложишь из сырца и только на топку, накопитель смолья, трубы и внешнюю облицовку пустишь жженый кирпич? Потом, когда все просохнет, тебе будет достаточно только отжечь всю печь на холостом ходу при тех же девятистах градусах и все спаяется в один общий монолит.
Антон Игоревич задумался.
- Можно попробовать и так, - сказал он через некоторое время, - Тогда на первом этапе мне понадобится не более шестисот штук. Триста я возьму с послезавтрашней партии, еще триста с той что выйдет в пятницу со второй печи.
