Получилось так, что первыми заметили стадо рыжие близнецы, а вовсе не впередсмотрящие. Впередсмотрящим-то как раз по сторонам глазеть было некогда, их задача заключалась в том, чтобы 'Отважный' внезапно не напоролся на мель или полупритопленное бревно. Один подобный случай уже был, когда Валера и Лиза утратили бдительность. И все на борту хорошо помнили, как риск, которому подвергся тогда 'Отважный', так и последовавшее за этим наказание виновных.
Девочки, которые закончили помогать Марине Викторовне на кухне с обедом, вышли на палубу прогуляться с малышами. В тот момент, когда все что в будущем станет обедом, уже порезано, почищено, брошено в казан и закрыто крышкой, потребность в дополнительных рабочих руках на кухне резко уменьшается. Зато увеличивается вероятность разных несанкционированных действий. Я имею в виду соль, к которой близнецы питали явно нездоровое пристрастие. Марина Витальевна уже начала беспокоиться, все ли с девочками в порядке, но Сергей Петрович успокоил ее, сказав, что представители примитивных племен и в наше время довольно равнодушно относятся к сахару, но, как леденцы сосут куски каменной соли. В общем, соль теперь надо было прятать подальше. Вкусы вкусами, а все же избыток этого продукта может фатально отразиться на организме.
Сказать честно, Витальевне стало плохо, когда она в первый раз увидела, как Даша и Маша со счастливым выражением лиц хрумают солеными-пересоленными огурцами, предназначенными исключительно для приготовления рассольников. Не огурцов было жалко, бог с ними с огурцами - 'Отважный' это не тюрьма. Просто посол сего продукта был таким крутым, что в необработанном виде его без содрогания было невозможно взять в рот. Именно такие огурцы имелись в виду в детской считалочке про 'жадину-говядину'.
И тут Марина Витальевна видит, что есть на свете люди, которые едят это, испытывая самое неподдельное блаженство. Шок, да?! Как раз поэтому, каждый раз, как только отпадала надобность в их помощи, Витальевна решительно выпроваживала сестренок на палубу - гулять на свежем воздухе с малютками.
Увидев на берегу шагающих гигантов, Даша с Машей загомонили, залопотали что-то по своему, и начали показывать пальчиками в сторону берега. Чего они так разволновались - непонятно, ибо плотность мамонтового населения в этих местах была куда больше, чем человеческая. Хотя надо признать, что стадо в три десятка взрослых самок и такое же количество подростков и детенышей - это зрелище действительно достойное того, чтобы на него посмотреть. Все, кто в настоящий момент не нес вахту, высыпали на палубу.
Андрей Викторович долго изучал стадо в бинокль, а потом, повернувшись к Сергею Петровичу, задумчиво сказал, - Красавцы! Как думаешь, Петрович, удастся нам их приручить или нет?
- Тебя этот вопрос интересует теоретически или практически? - так же задумчиво переспросил Сергей Петрович, наблюдая за северными слонами.
- Сугубо практически, - заверил друга Андрей Викторович, - мы, военные, люди приземленные, и к неуместным полетам фантазии не склонны.
- В принципе, попробовать можно, - не спеша ответил Сергей Петрович, - только учти, что если брать мамонтенка совсем маленьким, то взрослеть он будет как человек - лет двадцать. И брать надо не одного мамонтенка, а минимум трех. А для этого надо будет полностью истребить все стадо, вроде этого, ибо добром мамаши тебе своих детишек не отдадут. Так что это дело долгое, сложное и может быть опасное. Я бы с ним не торопился. А так, в принципе, почему бы и нет. Приручим со временем, разумеется, уже после лошадей и коров.
- Понятно, - вздохнул Андрей Викторович, и развел руками, - Но, Петрович, ты посмотри - какая мощь, какая сила, какая красота.
- Ручной мамонт, товарищ прапорщик, для нас ни есть предмет первой необходимости, - Сергей Петрович кивнул в сторону Даши и Маши, - Нам бы как-нибудь со здешними людьми разобраться. Надо, чтобы они поднимались до нашего уровня, а не наша молодежь опустилась до ихнего. А то в жизни-то оно всякое бывает. Катиться вниз легко, а подниматься наверх, ой как трудно. Люди решают все, а вовсе не мамонты. Ты на Валерку посмотри, ходит возле девок, как кот вокруг сметаны. А взять быка за рога стесняется. То ли боится их, то ли выбрать не может. Эх, где мои семнадцать лет!
- Ясен пень, понимаю я, - кивнул Андрей Викторович, - без людей нам и все остальное ни к чему. А Валеру ты, Петрович, не торопи. У меня на такие вещи глаз-алмаз, и сдается мне, близняшки сами на него глаз положили. Не надо им только мешать, тогда рано или поздно природа возьмет свое. Не стоит спешить.
- Не стоит, - подтвердил Сергей Петрович, - скорее всего ты прав - эти девки и без нас сами поспешат.
Говорились последние слова вполголоса, под шум тарахтящего мотора. Так что все сказанное так и осталось между двумя друзьями. Прошло совсем немного времени, и мамонтовое стадо осталось позади, а 'Отважный' продолжил свое путешествие вниз по течению Великой Реки к еще далекому, пока Атлантическому океану.
