Более 10 лет в газете «Новые КОЛЁСА Игоря РУДНИКОВА» под рубрикой «Прогулки по Кёнигсбергу» печатаются статьи, посвящённые истории нашего города. Из более чем 500 очерков-прогулок для книги мы выбрали 34 — грустных и весёлых, трагических и эпических.В главах — зарисовки обычаев и быта кёнигсбержцев, основанные на исторических фактах, легендах и преданиях: мода и архитектура, полиция, военные и пожарные, рестораны и кафе, университет и школы, историческая связь Кёнигсберга с Россией и многое другое…Фотографии Кёнигсберга и иллюстрации художника С. Фёдорова, сделанные специально для этой книги, дадут нам возможность представить этот город-«Атлантиду».
Благодарим Областную клиническую больницу, музей «Фридландские ворота» за предоставленные фотоизображения Кёнигсберга
© Д. Якшина, 2010
© С. Фёдоров, художник, 2010
© Газета «Новые КОЛЁСА Игоря РУДНИКОВА», 2010
© ООО «Живем», составление, оформление, 2010
Конечно же, это не путеводитель по «историческим местам» — скорей, поиски Атлантиды, здешней, своей. Это — объяснение в любви, написанное по-русски готической вязью. Хрустальная мечта, прянично-марципановые грёзы, рождественские сны об исчезнувшей цивилизации… Это — ОБРАЗ ГОРОДА.
Японцы, переведя на свой язык ИСТОРИЧЕСКИЙ роман Пушкина «Капитанская дочка», назвали его «Сон бабочки, порхающей вокруг цветка». Можно ли сказать, что они погрешили против истины? Или истина открылась им с какой-то своей — особенной — стороны?..
У каждого, кто родился и вырос в Калининграде, кто приехал сюда недавно, — свой Кёнигсберг. Свой образ, в котором смешалось решительно всё: черепичные крыши, ветер и дождь, запах мокрой сирени за окном, сказки Гофмана, занавески в крупную красную клетку, фарфоровая балерина, стоявшая некогда на чьём-то камине, бронзовые, потускневшие от времени дверные ручки, умильное МУРРчание кота, булочки с корицей и тмином, горячий кофе — и «шмайсер» под кроватью. А главное — непоколебимая уверенность в том, что Кёнигсберг-Калининград исключителен, неповторим и парадоксален, другого такого города ПРОСТО НЕТ.
Мы «гуляем» по нашему городу много лет. Нас «сопровождали» самые разные люди — всем им большое спасибо. Но главные наши спутники — читатели. Живущие с нами на одной волне. Им, в первую очередь, и адресована эта книга.
Здесь Петра Великого впервые одолела мечта о Санкт-Петербурге
Вы не боитесь призраков? Тогда прогуляемся по Кнайпхофу (ныне остров Центральный, или, неофициально, — остров Канта). Это странный, почти мистический остров. От одноимённого города, появившегося на нём в начале XIV века и впоследствии густо населённого, остались лишь Кафедральный собор и — воспоминания.
Хотя по-немецки «кнайпе» означает «кабак», с кабаками и прочими питейными заведениями название «Кнайпхоф» никак не связано. Оно восходит к старопрусскому слову «книпав», которым пруссы именовали болотистые окрестности долины древней реки.
Остров Кнайпхоф образовался из наносного песка. Омывают его северный (земландский) и южный (натангский) рукава Прегеля. Кстати, первоначально он фигурировал в исторических документах как Фогтевердер. «Фогт» — наместник, «вердер» — островок, осушенный участок.
Остров был в распоряжении наместника Тевтонского ордена. Там располагались выпасные луга Альтштадта (возникшего раньше, в 1286 году).
А ещё альтштадтцы свозили на остров мусор. Не случайно первый мост, соединивший Кнайпхоф с Альтштадтом, назывался Кремербрюкке — Навозной (он же чаще именуется Лавочным).
По обеим сторонам и Лавочного и Зелёного мостов, как грибы после дождя, росли поселения торгового люда. Через Кнайпхоф и Грюнебрюкке (Зелёный мост) можно было с юга попасть в Старый город.
В 1327 году в восточной части острова было решено построить резиденцию епископа. И 6 апреля Верховный магистр Тевтонского ордена Вернер фон Орзельн даровал жителям-«островитянам» грамоту «Хандфесте», то есть городские права.
Благодаря своему «автономному» расположению, Кнайпхоф — вплоть до 1724 года, когда три города (Кнайпхоф, Альтштадт, Лёбенихт) объединились в Кёнигсберг, — развивался самостоятельно. На плане отчётливо видно, какая ровная сетка улиц покрывала Кнайпхоф, — тогда как в Альтштадте и Лёбенихте улочки извивались змейками: там приходилось при постройке домов учитывать особенности рельефа.
Альтштадт считался аристократическим местом, там охотно селились королевские придворные, родовитые дворяне… В Лёбенихте жители занимались преимущественно сельскохозяйственным трудом. В Кнайпхофе были сосредоточены судовладельцы и купцы.
Существовала даже поговорка: «Альтштадт — это власть, Лёбенихт — земля, Кнайпхоф — роскошь». Не случайно герб Кнайпхофа представлял собой зелёное поле, на нём — вздымающаяся над серебряными и лазурными волнами рука в лазоревом рукаве, держащая золотую корону. По бокам — два золотых охотничьих рожка. Позже появятся два медведя-щитодержателя…
Корона указывала на короля Оттокара, основателя Кёнигсберга, волны обозначали обособленно-островное положение города, способствующее развитию морского дела и торговли — двух «китов», на которых держалось благополучие города.
