Юре Полянскому двадцать лет и он любит девушку, которой не существует. Два года назад ведьма по имени Мириам явилась ему во сне. Вскоре её призрак стал мерещиться Полянскому и в реальности. Язвительная и всезнающая – она поселилась в сознании Юры, и с тех пор каждый день говорит с ним, следуя за левым плечом. Она – спутница, невидимая для окружающих, и всё, о чем Юра мечтает, – это подарить ведьме жизнь.В поисках мифического Рецепта, что сделает из возлюбленной человека, герой отправляется в путешествие. Он едет автостопом из Красноярска, сам не зная куда, ведомый загадочной фразой, услышанной в сновидении: «Иди по лунной дороге на запад».Оставляя за спиной город за городом, Юра ловит попутки и встречает в дороге новых друзей. А ночью, когда в небе светит луна, путешествие продолжается в мире снов. Именно там кроются ответы на главные вопросы. Чего хочет черноволосая? Откуда она пришла? И почему ведьме известны все мысли и страхи Юры – даже те, о которых он сам ещё не догадывается?
Я помню, как лежал в колыбели, и голос отца – низкий, спокойный, серебряный, – лился издалека. Он плыл по воздуху. Сквозь темноту. Заполнял собой медленный тягучий мир.
Отец в этом мире был таким высоким, что дотягивался до небес рукой. Словно Господь он зажигал звёзды над моей кроватью. Пятиугольные, светящиеся. Звёзды не были похожи на настоящие. Отец развешивал их на невидимых нитях, и говорил о том, что со временем ночь перестанет пугать.
– В детстве, – говорил он, – все мальчики боятся темноты. Боятся, что в их сны прокрадётся ведьма из сказки, но, повзрослев, начинают об этом мечтать. Вот увидишь, сын, однажды ты пойдёшь за ней, и сам не заметишь, как прогулка превратится в путешествие длиною в жизнь. Темноглазая заманит тебя на край света, ни раз и ни два. Увидев её однажды во сне, ты навсегда потеряешь покой. И пусть сейчас тебе страшно. Очень скоро это изменится.
Отец говорил спокойно и тихо. Он всегда говорил правду, но той ночью невольно ошибся. Мне не было страшно, хоть в тёмном углу я и видел силуэт женщины. Она была черноволоса и высока. Даже выше отца.
Гостья смотрела на меня, как на добычу. Её пурпурное платье сияло бледно-голубой дымкой. Улыбнувшись, ведьма проплыла по воздуху к колыбели. Нависнув, черноволосая взяла мою крохотную ладонь и тихо произнесла:
– Здравствуй, хранитель. Слушай голос и учись видеть сны. Нам предстоит долгая прогулка на запад.
Отец заметил, что я смотрю в одну точку. Невольно обернулся. Окинув комнату взглядом, вновь склонился над колыбелью, и прошептал на ухо:
– Не бойся всматриваться в темноту. Однажды ты увидишь, как в ней зарождается серебряный свет. Мрак расступится, и все тайны мира вдруг раскроются перед тобой. И тогда ты увидишь, как непредсказуемо бывает наше с тобой путешествие.
Почти двадцать лет прошло с той лунной и звёздной ночи. Отец ушёл из мира, но эхо его слов навсегда сохранилось в памяти.
И вот сегодня, теплым весенним утром, случилось то, о чём он предупреждал меня ещё в детстве. Началась моя долгая прогулка на запад.
Я прошёл мимо зеркала и не заметил в нём отражения. Это не показалось странным. Даже наоборот, немного порадовало. Ведь, если нет отражения, значит, нет и меня. А если нет меня, то нет и копны светлых волос, вечно торчащих во все стороны на макушке. Получается, судьба позволила не расчёсываться.
Когда закурил на балконе и не ощутил слабости после первой утренней сигареты, то тоже не удивился. Все эти мелочи были так незначительны, ведь я чувствовал, что сегодня особенный день. Сегодня я, наконец, решился.
Электронные часы на запястье странно мерцали, но время показывали точно. Шесть утра. Самое время, чтобы выпить чашку крепкого кофе. Не глядя по сторонам, я накинул рубашку, прошёл на кухню и открыл дверцу шкафчика. Варить нормальный напиток было лень, поэтому я решил обойтись растворимым.
– Доброе утро, Юра, – прозвучал бархатный голос за спиной.
Банка с кофе едва не выпрыгнула из рук. Чёрт! К этому невозможно привыкнуть.
– Привет, – буркнул я, повернувшись к девушке. – Обожаю твою тактичность.
Она сидела, облокотившись на угол кухонного дивана, вызывающе вытянув ноги. Кружевной верх одного из чулок выглядывал из-под чёрной юбки-колокола, а фиолетовая рубашка расстегнулась на несколько пуговиц – до той самой границы, что не позволяла интриге превратиться в пошлость. Мириам игралась с локонами, и темные волосы каскадом лились по тонким плечам. На вид подруге было около двадцати, но ни для кого из нас не составлял секрета её реальный возраст.
Мириам странно улыбнулась и взглянула с хитринкой в глазах.
– Как самочувствие?
– Вроде неплохо, – пожал я плечами. – А с каких пор это тебя волнует?
Я достал кружку. Глазами поискал чайник, но на привычном месте его не оказалось.
– Значит, всё в порядке? – вновь спросила девушка.
– Ну да, говорю же. Не видела чайник?
– Нет, – Мириам покачала головой. – А ты не помнишь, когда надел джинсы?
Я задержал взгляд на девушке. Что это с ней сегодня? Задает странные вопросы. Джинсы… какие к чёрту джинсы? Ну вот они – на мне.
Стоп.
А ведь и правда. Я не помню, чтобы надевал что-то, кроме рубашки. И часы на руке… Всегда снимаю, когда ложусь спать.
– Так что с ощущениями? Может, странные вибрации? – продолжала играть Мириам.
Но осознание уже пришло. Я зажал пальцами нос, как ныряльщик, и глубоко вдохнул. Воздух беспрепятственно прошёл сквозь преграду, чего по законам физики произойти не могло.
Всё понятно. Я сплю.
– Умница, – поаплодировала подруга, – залезай обратно и собирайся. Иначе придётся ползти по пробкам. До встречи.
– Чтоб тебя разодрало. А нельзя что ли сразу…
Мириам исчезла. Это было в её стиле.
Выругавшись, вернулся в комнату, где обнаружил себя мирно спавшим в кровати. Моё тело лежало на спине, словно окаменевшее, и лишь едва заметно двигалась диафрагма.
