Вы прыгаете в воду, и сразу кожа сжимается, а все волосы на теле из-за этого, поднимаются под определенным углом, т.е. они сразу готовы принимать информацию об окружающей водной среде, которая, в принципе, из-за давности лет и уже давно другого образа жизни, нам не очень-то и нужна. Эффект же остался, потому, что механизм поднятия волос да и шерсти у животных был разработан природой для многофункционального использования. Это в первую очередь была эволюционная наработка защиты от холодного окружающего воздуха, еще тогда когда млекопитающие делали первые шаги по планете. Впоследствии этот механизм оброс другими функциональными эффектами. Вот и гоминиды использовали его для передачи определенной информации. Конечно, можно сказать, что кожа человека сжимается при погружении в воду, закрывая тем самым поры на теле человека для сохранения тепла. Ну что же, и это то же входит в эффект многофункциональности использования кожного покрова в водной среде, который, к стати, не мог возникнуть в саване.
Нам достались только рудиментальные(70) остатки этого, когда-то мощного источника информации, потому, что при жизни на суше нужда в нем практически отпала и теперь представляется, на современном этапе существования человека, дегенеративным признаком, обусловленным морфофизиологическим регрессом – эволюционным изменением, ведущим к упрощению организации. Волосяной покров, в том объеме, которым наградила природа приматов, что бы они себя чувствовали комфортно в привычной для них обстановке экологических ниш, как мы теперь понимаем, у предгоминид исчез из-за полной своей бесполезности.
«Обвально-эволюционное» исчезновение волос на теле предгоминид остановилось на том уровне, когда, как мы только что сказали, они перестали мешать нормальному существованию в экологической нише. Оставшимся волосам была четко определена роль по сбору необходимой информации о специфических параметрах окружающей среды. Отдельные волоски на теле стали выполнять обязанности сигнализаторов о качестве соприкосновения тела с окружающей средой. Ведь, у современного человека, если на кончик волоса длинной около сантиметра оказать давление всего лишь 0,03 грамма, то волос играя роль рычага, окажет давление на свою луковицу, и мы ощутим прикосновение. Вот какой возможностью наградили нас предки. Жаль сейчас использовать их негде, да они и утратили свою остроту восприятия в течение последних 500 тысяч лет.
При всем притом наша нервная система различает моменты в эффекте осязания. Когда прикасаемся мы, или прикасаются к нам. Такое различие относится к системе опознавания «свой – чужой» и она необходима, что бы не запутаться в информации, которая исходит одновременно от собственного организма и от окружающей среды. Данный эффект существует как у животных так и у человека, только в разных степенях информативности и интенсивности. Он исключает из информационного патока данные о самом себе и продолжительно действующих факторах окружающей среды. Они влияют на органы чувств, в целях определения и выявления коротко живущих из постоянных раздражителей, с целью получения информации об окружающем мире на данный момент времени в данном информационном поле.
Эффект работы волосков на коже предгоминид, а затем и гоминид был тождественен работе усов кошки или мыши, у которых они возникли в процессе ведения ночного образа жизни в замкнутых пространствах, где другие органы чувств, крайне неэффективны. Если кошка дотрагивается в темноте усиков мышки, то она мгновенно отпрянет и постарается скрыться, но если мышь при обследовании пространства вокруг себя, дотрагивается до усов кошки, та отреагирует с неотвратимостью и эффективностью мышеловки. Но если какой-нибудь параметр среды действует продолжительно на определенные органы чувств, и при этом не причиняют вреда, то они просто исключаются из реестра опасных и принимают затухающий характер сигнала раздражения. Вполне возможно, что на заре формирования гоминид это играло большую роль для выживания особи, а сейчас во многих моментах человеческого бытия приносит и определенный вред. Например, запах сероводорода при нарастании, даже до смертельных концентраций, о которых человек и не подозревает, постепенно становится неощутимым, что приводит к смертельным исходам.
Таким же образом и прикосновение как ощущение у гоминид (и человека) имело и имеет тенденцию к угасанию. Это чувство совершенно пропадает, если раздражитель перестает двигаться по поверхности тела. Рецепторы только тогда посылают сигнал, когда изменяется раздражающий фактор, даже если время, в течение которого он действует очень непродолжительное.
