Земная жизнь Иисуса только звено между его сверхъестественным вечным существованием на небесах и земным миром.
Одна из излюбленных тем поповских и сектантских проповедей — это призыв подражать христу в его земной жизни, призыв следовать так называемому «учителю» в его незлобивости, долготерпении, кротости, смирении и всех добродетелях, которые внушаются угнетенным. При помощи сказок о земном Иисусе церковники, укрепляют в массах веру в Иисуса небесного.
Современное духовенство старается сблизить Иисуса с «земной юдолью», изобразить его живым участником всех событий в жизни народных масс. Для укрепления веры в Иисуса сказания о его земной жизни являются чрезвычайно удобным пропагандистским материалом. В десятках миллионов экземпляров церковь распространяет в массах брошюры и листовки о земной жизни Иисуса, стараясь сделать его наглядным, доступным, осязательным, но сохраняя вместе с тем его мифологические черты.
Но едва только доказана научно и распространена в народных массах теория мифологичности земной жизни Иисуса, едва только массы приходят к убеждению, что Иисуса не было, как вместе с историческим Иисусом падает, мифологический Иисус, создаваемый теперь буржуазной печатью и поповской проповедью и играющий роль орудия духовной эксплуатации масс.
На основании этого мы можем утверждать, что проблема исторического Иисуса — не богословская проблема, а один из самых живых и боевых вопросов современной классовой борьбы. Поэтому вполне понятно, что выступление Артура Древса с доказательством мифологичности Иисуса встретило ожесточенное сопротивление со стороны духовенства и буржуазных ученых. Протестантские, католические и православные попы, с одной стороны, доказывали, что доводы Древса даже не заслуживают опровержений, а с другой стороны, на этих будто бы незначительных доводах сосредоточивался огонь тяжелой артиллерии богословской и ложно-исторической эрудиции попов.
Артур Древс — крупный ученый. Однако приходится удивляться не столько богатству и глубине его доводов против исторического Иисуса, сколько огромной настойчивости и мужеству, с какими он до сих пор защищается против поповской травли, ведущейся против него. Поток опровержений, публичное шельмование, сомнения в научной честности, сомнения в добросовестности и даже в умственном здоровье, лишение профессорской кафедры, лишение заработка, личные уколы и оскорбления, — все это Древс переносит с несокрушимой энергией, из года в год продолжая развивать основную тему всех своих трудов, тему о мифологичности Иисуса.
Надо отметить, что Древс обладает не только огромным упорством, но и колоссальной работоспособностью. Нам он известен преимущественно как автор двухтомной работы «Миф о христе». Кроме того, он издал ряд частных исследований об отдельных евангельских образах, Петра, Марии и т. д., ведет непрерывную и оживленную дискуссию со своими противниками и одновременно выпускает ряд работ по истории и философии. Ему принадлежит крупная работа «История монизма в древнем мире», в которой Изложен ход развития материалистической философии в древней Греции и Риме. Он изучает философию Гегеля и издает гегелевскую «Философию религии» в обработанном виде с комментариями. Он, наконец, подводит итоги изучению раннего христианства в предлагаемой нами в русском переводе книге о «Происхождении христианства».
Таковы научные заслуги Древса. Однако мы имеем полное право утверждать, что он не относится к числу ори. гениальных мыслителей. Он не создал ни одного нового довода против историчности Иисуса. Все доводы заимствованы им из старой научной литературы, накопившейся за целое столетие. Значение Древса не в доказательстве мифологичности Иисуса, а в пропагандистской настойчивости и умении защищать эти доводы против попов.
Независимо от собственных внутренних побуждений Древса, пытавшегося укрепить религию освобождением ее от мифологических элементов, его выступления против господствующей в богословии догмы о земной жизни Иисуса имели огромное политическое значение и содействовали успеху атеистической критики религии.
А. Древсу пришлось вести борьбу преимущественно с протестантскими богословами. Католики остались в стороне от спора об Иисусе и не очень интересовались им. Католическая догма твердо исповедует Иисуса-бога, и вопрос об исторических обстоятельствах воплощения божества никогда не стоял перед католиками с такой остротою, как перед протестантами.
Протестантские богословы доказывали, что вся евангельская история Иисуса может быть понята и объяснена всецело в плане человеческой истории без всякой примеси элемента чудесного или сверхъестественного. Если же в евангельской истории были чудеса, то они не нарушают историчности, потому что бог проявлял свою волю без противоречия с естественными законами.
