– Сегодня Алому совету придётся принять непростое решение, – скрипучим голосом произнёс глава Талиорк, – дело в том, что наш верный союзник на севере, Энурган Волчий страх, отправил в опасное путешествие к городу Сердце своего сына, уважаемого Яниргана, для того, чтобы тот свершил правосудие над подлым убийцей трёх старейшин Древней станции. В совершении чудовищных преступлений против своего народа Энурган обвиняет Игера Чёрное древо, который известен в торговой столице, как человек, раскрывший заговор против Алого совета между Юдмером Скорбная весть, его братом Двейганом, хранителем Артерии, и Гиадорком, бывшим сотиором ордена Красных плащей. Сегодня нам предстоит выяснить, на чьей стороне правда.
– Всем очевидно, что парень невиновен, – донеслось с последнего ряда, – к чему лишние споры?
– Подлое враньё, – буркнул старый солдат, – не верю я, что хилый мальчишка за ночь прирезал трёх человек. Брехня! Жалкая попытка Энургана смыть с себя кровь!
– За кого Волчий страх нас держит? – выкрикнула немолодая женщина, являющаяся хозяйкой крупного постоялого двора, доставшегося ей после внезапной кончины мужа.
– Уважаемые граждане, прошу вас, успокойтесь, – глава Талиорк раскинул в сторону худые руки, будто намереваясь объять возмущенную толпу, – Все мы наслышаны о подвигах Игера Чёрное древо, но Янирган Волчий страх проделал столь тяжкий путь от Древней станции к торговой столице в поисках правосудия. Неужели в городе Сердце больше не чтят справедливость?
Собравшиеся в помещении граждане ненадолго погрузились в размышления. Десятки озадаченных взглядов застыли на сидящем на деревянной скамье молодом человеке, который, не моргая и почти не дыша, смотрел только на своего врага, словно ожидая внезапного нападения. Язвительная усмешка не сползала с лица Волчьего страха.
– Алый совет выслушает обе стороны и примет обдуманное решение, – выдержав паузу, провозгласил глава Талиорк и указал рукой на Яниргана, – в первую очередь предлагаю до мельчайших деталей разузнать у нашего высокопочтенного гостя из Древней станции о чудовищной гибели трёх старейшин.
– Тёмное дерево наш герой, а Собачий прах пускай домой валит! – резкий выкрик подвыпившего торговца моментально привлёк внимание двух гвардейцев, которые под молчаливое одобрение членов Алого совета вывели его из зала заседаний.
– Уважаемый Янирган, сын старейшины Энургана, граждане города Сердце готовы выслушать вашу версию событий, омрачивших весь север, – обратился к Волчьему страху глава Талиорк, после чего спустился с трибуны, в сопровождении личной гвардии дошёл до продолговатого стола и занял своё почётное место среди членов Алого совета.
Народ оживлённо зашептался. Высокопочтенные жители торговой столицы принялись активно совещаться друг с другом, на пятом ряду каменных скамей между прославленным бронником и старым писарем из Лунных копий разгорелся яростный спор, который грозился обернуться дракой, поэтому Красные плащи поспешили пересадить одного из препирающихся граждан в другой конец помещения. Взглянув в глаза Игера, Янирган хищно оскалился и поднялся с места. Он вышел в центр зала заседаний, но подниматься на трибуну не стал. Волчий страх остановился в пяти шагах от Чёрного древа, заставив гвардейцев насторожиться. Граждане города Сердце замерли в ожидании. Леттогер переглянулся с остальными гвардейцами. Глава Талиорк постучал костяшками пальцев по покрытой лаком поверхности стола и наклонился вперёд.
– Благородные господа, – обратился к членам Алого совета Янирган, – у жителей Древней станции нет никаких сомнений в том, что Иварт Чёрное древо давно замыслил захватить власть в городе. На каждом собрании пяти старейшин этот злобный старикан плевался ядом, нагло лгал, без конца обвинял других, но никогда не признавал собственной неправоты. Народ Древней станции не любил Иварта за чёрствость и гордыню, но из-за прославленного на севере семейного имени ему позволяли занимать место в правлении. Признаю, мой отец всегда подозревал Иварта в недобрых намерениях. Каждый день сомнения терзали Энургана, но даже он не мог предположить, что из-за жажды власти трусливый старик осмелится пролить кровь. И по сей день мой отец корит себя за то, что не сумел вовремя разгадать коварный умысел безумца и предотвратить гибель трёх мудрых старейшин.
– Лжёшь, – прошипел Игер сквозь сцепленные зубы, – нагло врёшь, предательское отродье.
Волчий страх посмотрел в лицо Чёрного древа, перевёл насмешливый взгляд на обрубок его левой руки, усмехнулся и угрожающе шагнул в сторону молодого человека, однако гвардейцы в стальных кирасах встали на пути Яниргана. Игер шумно выдохнул. Ещё сильнее наклонившись вперёд, глава Талиорк с жадным интересом в крохотных тёмных глазах наблюдал за происходящим. Насторожившись, Леттогер ласково погладил ладонью рукоять необычного оружия, которое покоилось в кобуре на поясе командующего гвардией.
