– Не скажу, что их были толпы, – скромно потупился честный Ватсон, – но по крайней мере один очень настойчивый жених имелся. Матильда даже собиралась за него замуж. Однако он оказался ненормальным, и тут появился я. – Доктор гордо выпятил грудь.
– Признайтесь, – весело подмигнул ему Холмс, устремляясь к вешалке, – это именно вы внушили невесте, что ее жених не вполне… здоров.
Самолюбие Ватсона было уязвлено.
– Вы что, мне не верите? – Он уцепился за рукав Холмса, мысленно уже сидевшего в любимом баре. – Матильда, покажи-ка Холмсу то последнее письмо Александра, которое он прислал тебе незадолго до вашей так и не состоявшейся свадьбы.
Жена опять покраснела, но послушно принесла листок бумаги, разукрашенный с одной стороны сердечками.
– Мне, право, неудобно, – затосковал Холмс, снова вспомнив манящий полумрак бара. – Чужие письма, чужие страсти…
– Нет-нет, – упорствовал Ватсон, – вы все-таки прочтите. Это дело прошлое, и мы с женой не делаем из этого тайны.
– Ну ладно, – Холмс обреченно взял письмо. Крупным почерком там было написано:
«Мой милый Брунчик! Очень тоскую без тебя. С нетерпением жду твоего приезда. Без устали целую твои нежные пальчики, все двадцать пять на одной ручке и столько же на другой, да десять на изящных ножках. Твой Александр».
– Ну что? – Ватсон заранее улыбался. – Этот псих явно принимал мою Матильду за сороконожку. Видите теперь, от кого я спас свою жену?
– Ваш подвиг наверняка оценен по заслугам, – двусмысленно поддакнул Холмс, снова пробираясь к выходу. – Но насчет психа я все-таки не уверен. Боюсь, что проблема несчастного Александра в другом.
Что имел в виду Холмс?
После поимки особо опасного преступника Карлика Монга, уличить которого помог его собственный говорящий попугай, комиссар Босси был в прекрасном расположении духа.
– Что ни говорите, друзья мои, – обратился он к неразлучным Холмсу и Ватсону, – мы еще слишком мало знаем о способностях животных. – Его взгляд с умилением следил за рыбками в аквариуме.
Доктор Ватсон осторожно промолчал, а интеллигентный Холмс лишь одобрительно промычал что-то вроде: «Да, в общем-то… так-то оно, конечно, так…» – и тоже замолк.
Приняв молчание за одобрение, комиссар Босси приободрился.
– Вот, например, – начал он, – у моего старого друга, графа Эльборда, жил удивительный кот по имени Грэй. Каждое утро одинокий граф и кот завтракали вдвоем за одним столом, причем Грэю хозяин ставил особый стульчик и отдельную тарелку. И кот не остался в долгу! Однажды, придя к завтраку в столовую, старый граф с ужасом увидел на своей тарелке дохлую мышь. Оказалось, что благодарный Грэй ночью поймал двух мышей и одну из них положил на свою тарелку, а другую – хозяину. Что вы на это скажете? – торжествующе обратился он к сыщикам.
– Это что! – тут же подскочил на стуле Ватсон. – Вот у меня был случай…
– Да-да, мы помним, – поспешно перебил его Холмс, опасаясь, что доктор в очередной раз скажет что-нибудь невпопад. – Способности животных, действительно, плохо изучены. Знаете ли вы, к примеру, что курица умеет считать?
– Курица?! Считать?!! – оскорбился Ватсон, у которого всегда были трудности с арифметикой. – Вы еще скажите, что она умеет играть на рояле.
– Нет, в самом деле, – усмехнулся Холмс, – курица умеет считать. Правда, только до трех. Зато этот факт научно доказан. Причем самым элементарным образом. Оказалось, что если у курицы, имеющей больше трех цыплят, незаметно украсть одного из них, то она ничего не заметит. Если же у нее три цыпленка, то нехватку одного она сразу обнаружит. То есть она считает по принципу: один, два, три, много.
– Очень интересный факт, – одобрительно отозвался комиссар Босси, с удовольствием затягиваясь сигарой. – И это всего лишь курица! А что если взять собаку!
– А если взять собаку, – продолжил Ватсон, – то тут встречаются еще более удивительные вещи. Я расскажу вам только один случай, причем взятый не из каких-то там сомнительных книжек, а прямо из жизни. Так вот, у старого Дреда, деда моего троюродного кузена, была очень умная собака редкой породы. А у ее хозяина было очень слабое сердце, и, когда ему становилось совсем плохо, он тащился на кухню и доставал с холодильника коробку с лекарствами. Затем среди кучи разноцветных таблеток он выискивал нужную таблетку и клал ее под язык.
– Да, я помню эти таблетки ярко-красного цвета, – вспомнил Босси. – Но их недавно сняли с производства.
