– Будет. – Киреева смочила палец слюной и открыла папку. – Программа федеральная, контролировать нас будут на самом высоком уровне, – сказала она. – Изложить коротко суть?
– Если не затруднит.
– Федеральная программа «Помощник мэра» нацелена на поднятие информированности молодых людей о политических процессах в их родных городах и регионах, – зачитала Киреева документ.
Поставив локоть на стол, чтобы подпереть голову ладонью, Богдан приготовился ловить в потоке канцелярщины полезные вещи, но, к его удивлению, Киреева перешла на пересказ от себя.
– Мы уже выбрали для вас ребенка, осталось только оформить его.
– Ребенка? – занервничал Богдан. – Сколько ему лет?
– Двадцать два, не переживайте. Для меня они всегда дети. Ну, знаете, как для матери. Эти ребята тоже мои, учились у меня, воспитывались, для них детский дом – семья…
Опять пошло-поехало. Богдан выразительно прочистил горло, чтобы направить Кирееву в нужное русло.
– Да, так вот. Юноша должен соответствовать ряду критериев, я вам бланк оставлю, ознакомитесь. И мы выбрали Мирослава Фетисова. Он очень умный парень, – хлопнула в ладони Киреева. – Очень! Оканчивает местный университет, на физика учится. В прошлом году грант выиграл с каким-то проектом. Бог его знает, я эти современные технологии не понимаю. Но вам-то наверняка интересно будет. Мирославчик точно станет ученым в будущем.
– Давайте дальше по условиям.
– Я завтра пакет документов принесу, ну, когда Мирослава приведу. Вы их отправите в отдел кадров, его должны трудоустроить, чтобы получал зарплату. Так положено, – она посмотрела вверх, намекая то ли на Москву, то ли на бога. – Ну и начнете его обучать. В программе сказано, что помощник может выполнять функции секретаря, например. Пусть ходит с вами по мероприятиям, вопросы задает, но без разглашения конфиденциальной информации.
Киреева заговорщически улыбнулась, и Богдан выдавил из себя ответную любезность. Великолепно!
– Я понял, оставляйте документы.
Встав из-за стола, она грузной походкой направилась к дверям. Но у входа замялась, перевела дух.
– Только знаете, Мирославчик, он… Очень умный парень, да. Но он детдомовский, понимаете?
– То есть?
– Сложный, – услужливо объяснила она. – Были инциденты в свое время. Мальчик сам себе на уме. Но я рассказала ему о возможностях, которые дает стажировка в мэрии.
Богдан повернулся к окну и беззвучно заорал, когда послышался щелчок. Зря он не спросил…
Общение с детьми, подростками или студентами – определенно его слабое место. Терпение заканчивалось сразу, потому и дети его тоже не любили, не разведешь ведь на лишние сладости, да и в парк аттракционов строго по расписанию. Был у него опыт с семейством старшего брата. С тех пор Богдан даже радовался по-тихому, что собственные дети ему, скорее всего, не светят.
Но придется познакомиться с этим Мирославом Фетисовым.
– Зина, четверг, неужели пережили еще неделю? Ну почти.
Богдан присел на край стола секретарши, наслаждаясь кофе, сделанным в точности с его предпочтениями.
Он постукивал ногой в такт с секундной стрелкой часов.
– Я бы порадовалась вместе с вами, но в субботу утром вас ждут на Пролетарской на открытии детской площадки, а в двенадцать дня назначена встреча с журналисткой «Пятого канала», помните?
Зиночка даже печатать не прекратила.
– Ненормированный рабочий график. – Богдан вернулся к напитку, решив не посвящать секретаршу в сомнения.
Они всего два месяца бок о бок работали, а вдруг Зина пойдет и растрезвонит своей подруге, что мэр умирает от усталости, хотя еще и квартал не потрудился? И будут знать сразу все. Нет уж, лучше держать эмоции при себе, как Богдана учили.
Пройти период адаптации, сцепив зубы, и дождаться момента, когда он посмеется над тем, как страдал в начале срока.
– Можно к вам? – послышалось от дверей.
Вход в его приемную оставался в тени из-за тяжелых портьер на окнах с южной стороны. Богдан присмотрелся.
Он поставил чашку на стол справа от себя.
– Привела вам Мирослава, – продолжила женщина.
Тут-то все и прояснилось.
Огонек интереса вспыхнул в груди Богдана и пробежался по телу, погаснув у пальцев.
Вчера вечером он прочитал брошюры и листовки, оставленные Киреевой, от корки до корки. Выяснил, что с Мирославом придется тесно взаимодействовать целых девяносто дней, и сейчас, перед официальным знакомством с ним, ощущал трепетное волнение. «Вот бы парень оказался красавчиком, я бы любовался им, на расстоянии, само собой, и грустил по утерянным возможностям. Или нет, пусть лучше будет совсем непривлекательным, чтобы не мучить меня», – размышлял Богдан, ожидая, когда Киреева с парнем выйдут на свет.
– Проходи, Мирослав…
Ну что ж.
Вселенная, видимо, не дослушала его пожелания, остановившись на первой части. Хотел красавчика? Получай!
