К о с т я. Да отдадим мы вам деньги! Люба на первом этаже жить не будет!.. Столько за справками гонялась, на собраниях маялась… А субботники по уборке территории! Я ведь не мог: в субботу всегда пять-шесть экскурсий…
Е в г е н и й П е т р о в и ч. Подожди, Костя, ты ведь уже пятый год в экскурсбюро. Неужели там ничего не светит?
К о с т я. Только Адмиралтейский шпиль, да и то в ясную погоду.
Н и н а В а с и л ь е в н а. Говорила тебе — поступай в технологический! Работал бы сейчас в Гипрохиме, может, квартиру бы уже получил…
К о с т я. И как меня угораздило! Всего-то две квартиры на первом этаже было — одна для дворника без жребия и эта… Не надо было мне без нее тащить!.. Что я ей теперь скажу?
Е в г е н и й П е т р о в и ч. Мне кажется, ее надо сначала подготовить. Не показывай сразу эту бумажку. Скажи, что первый этаж вытащил кто-то другой и все ему дико завидовали.
К о с т я. Мне не до шуток, папа!
Е в г е н и й П е т р о в и ч. Я не шучу. Во-первых, от лифта не зависишь: работает не работает — без разницы. Балкона нет — значит, дешевле. Гости на новоселье придут — хоть до утра пляши, никто снизу не примчится… Если как следует подумать, можно еще что-нибудь придумать. Вода, например. Чем ниже этаж, тем лучше напор…
К о с т я. Поздно думать — она!
Л ю б а. Ну?! Что?
К о с т я. Почему не пришла? Что случилось?
Л ю б а. Потом, потом объясню. Говори, какой этаж!
К о с т я. Первый…
Л ю б а. Что?!
К о с т я. Ну, этот вытащил… в шляпе, с усами…
Л ю б а. Сидоренко! А последний кто?
К о с т я. Не я — это точно.
Л ю б а. Слава богу!
К о с т я. А где ты была?
Л ю б а
К о с т я
Л ю б а. Нежно-нежно розовый…
Н и н а В а с и л ь е в н а. Как утренняя заря…
Е в г е н и й П е т р о в и ч. На заре щуки так здорово клюют!..
Л ю б а. Я вам тоже взяла. Уедем, будете ремонт делать, пригодится. А нам и на туалет, и на ванную, и на балкон.
К о с т я. Балкона там нет.
Л ю б а. Как это нет?!
К о с т я. Зато напор воды хороший.
Е в г е н и й П е т р о в и ч. И лифт не нужен.
Н и н а В а с и л ь е в н а. И внук не вывалится.
Л ю б а. Какой внук?!
Е в г е н и й П е т р о в и ч. И внук и внучка! Чем ниже этаж, тем больше рождаемость. У дворников всегда масса детей, а живут они обычно на первом этаже.
Л ю б а
К о с т я. Что говорить… Вот…
Люба! Люба! Перестань!.. Может, воды принести?
Н и н а В а с и л ь е в н а. Лучше валерьянки.
Е в г е н и й П е т р о в и ч. Идем, сами разберутся.
К о с т я. Люба, ведь это жеребьевка! Фортуна, случай, игра судьбы… И ты могла вытащить первый этаж.
Л ю б а. Я — не могла!.. Зачем я забежала в этот магазин?.. Еще трешку дала, чтоб до завтра полежало, — не тащиться же с плиткой на жеребьевку… Что теперь с ней делать, что?
К о с т я. Люба, в конце концов, вся жизнь — это жеребьевка. Где родился, где учился, на ком женился — лотерея. И счастливых билетов на всех не хватает.
Л ю б а. Но почему не хватило именно тебе?
К о с т я. Потому что свой счастливый билет я однажды уже вытащил. Три года назад, двенадцатого мая, когда на экскурсию «Исторические памятники Ленинграда» из всей группы явилась только одна студентка. Остальные были ленинградцами и считали, что все уже знают…
Л ю б а. Обидно, Костя… Столько ждали и так не повезло…
К о с т я. Повезет еще. Поживем пока на первом. Родители вообще с коммуналки начинали — пять комнат, двадцать жильцов…
Л ю б а. Вот и показывай ее экскурсантам как исторический памятник. Сейчас все хотят жить как люди…
К о с т я. Да, зря я в техноложку не пошел…
Л ю б а. Что бы это изменило?
К о с т я. Работал бы в Гипрохиме, квартиру бы сейчас получил, как раз под нами освободилась. Федотовская.
Л ю б а. А кому ее дадут?
К о с т я. Кому-нибудь из Гипрохима. Дом-то ведомственный.