Проходной балл полностью

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Газовая плитка «Турист». Очень удобно. В хорошую погоду можно готовить на воздухе. Она ему теперь не нужна.

К и р и л л. Что ж он, сырые концентраты в лесу ест?

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Он питается здесь.

О л я. Здесь?! Об этом мы, кажется, не договаривались.

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. О заборе тоже.

О л я. Все-таки он мог бы не обременять тебя, а ходить на станцию. Там неплохая столовка.

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Родственник — в столовку?! Идемте ужинать. (Берет кастрюлю, уходит в дом.)

О л я. Ну, как тебе это нравится?

К и р и л л. Удивительно! Когда он все успел?

О л я. Да при чем здесь он, я о маме. Она так трудно сходится с людьми, и вдруг за одну неделю…

К и р и л л. А на отдыхе так и бывает. В санатории за два-три дня узнаешь о своем соседе по столу куда больше, чем о самых близких людях.

О л я. Он же не в санатории!

К и р и л л. Почему? Отдельный коттедж, бесплатное трехразовое питание, а по вечерам — культмассовые мероприятия. (Поднимает с земли кольцо, бросает его.)

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а (из дома). Уха остынет!

О л я. Не очень наедайся — Стрижовы обидятся. И не говори сразу, что мы уходим к ним в гости.

Проходят в дом. Появляется  В а д и м  П е т р о в и ч  с удочками и ведром, проверяет, просох ли забор, снимает брезентовую куртку и шляпу, по-хозяйски оглядывает развешанную рыбу. Подходит к рукомойнику, моется, фыркая и отдуваясь. На крыльце появляется  Т а т ь я н а  А н д р е е в н а.

В а д и м  П е т р о в и ч. Ой, извините!

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Фыркайте, фыркайте, только побыстрей, а то Кирилл съест всю уху.

В а д и м  П е т р о в и ч. Спасибо, но я…

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Знаю, знаю, что не ужинаете, но сегодня вы ведь и не обедали.

В а д и м  П е т р о в и ч. Обедал.

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Неужели в столовой?!

В а д и м  П е т р о в и ч. На озере. Познакомился с одним чудаком-рыбаком. А у него куча всякой еды, а главное — надувная лодка. Удить с лодки — это неописуемое удовольствие. Клевало потрясающе! Посты еще не сняли, на озере никого. Рыба так удивляется — высовывается из воды по пояс, только лови…

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Ну, и каков же улов?

В а д и м  П е т р о в и ч. Извольте. (Достает из ведра лилии.) Рыбу я отдал ему, а все лилии взял себе… то есть вам.

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Какие красавицы! Спасибо!

В а д и м  П е т р о в и ч. Мы такое место открыли — сплошные лилии. Ощущение, что плывешь по некошеному лугу.

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Это, наверно, за мыском… Да-да, как-то один аспирант катал нас с Николаем Юрьевичем на моторной лодке. А Николай Юрьевич нагнулся за лилией и уронил очки. Цейсовские. Он привез их из ГДР. Потом аспирант нырял за очками, а Николай Юрьевич — за аспирантом. Оказалось, что тот не умел плавать… (Оба смеются.) Когда же это было? Кажется, лет двенадцать назад… С тех пор я и не была на озере.

В а д и м  П е т р о в и ч. А давайте завтра на зорьке — к утреннему клеву!

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Четыре километра пешком? Боюсь, со мной вы не поспеете и к вечернему клеву.

В а д и м  П е т р о в и ч. А вы попросите Кирилла Михайловича — до озера на машине две минуты.

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Нет-нет, у них масса дел: завтра им улетать.

Из дома выходят  О л я  и  К и р и л л.

К и р и л л. Уха была отменной! Привет малярам и рыбакам!

О л я. Здравствуйте, Вадим Петрович! Я вижу, вы завалили маму не только рыбой! Просто не знаю, как вас благодарить.

В а д и м  П е т р о в и ч. Пустяки, право… Это я должен вас благодарить, — никогда еще так не отдыхал! Только вот когда ж мы о сумме договоримся? Ведь уже неделю живу.

О л я. Да забудьте вы об этом.

В а д и м  П е т р о в и ч. Нет-нет, так не пойдет! Родственником — пожалуйста, но не бедным.

К и р и л л. Что ж, из уважения к вашей щепетильности — десятка, чисто символически, и все, на этом закончим!

В а д и м  П е т р о в и ч. Живу-то я у вас не символически.

О л я. Ну, пятнадцать — согласны?

В а д и м  П е т р о в и ч. Да что вы! Кто мне поверит, что я за пятнадцать рублей в таких апартаментах жил! Тридцать рублей, и ни копейки меньше!

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Это же грабеж! За что? Ни веранды, ни кухни — одна времянка! Пятнадцать рублей, и ни копейки больше!

О л я. Мама, перестань торговаться! (Вадиму Петровичу.) Договорились!

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Слава богу! Пойду цветы в вазу поставлю.

О л я. Лучше в таз — лилии в вазах не держат.

Т а т ь я н а  А н д р е е в н а. Извини, забыла. Мне давно не дарили цветов. (Уходит в дом.)