- Что здесь произошло? - Тихо спросила Гвин, аккуратно проходя по разлетающемуся в разные стороны пеплу, который вздымался при нашем движении, словно листья на ветру. Ее путь вел к тому самому осколку, что сверкал особенно ярко под солнечным светом. Отражение света на его острых краях позволяла увидеть странные, искаженные облики, что казались до странного похожими на человеческие, одновременно с тем, не являясь ими. Я тоже поднялась на поляну, осматриваясь и на всякий случай держась за рукоять кинжала, готовясь в случае чего обнажить его. Но кажется, вокруг жизни не будет уже в течение долгих лет, если не считать убиенных недавно разбойников. Природе предстоит оклематься от страшного пожара, который почему-то не перекинулся на остальной лес, ограничившись лишь небольшой площадью вокруг поляны, но превратив ее в печальную могилу, напоминающую своим внешнем виде о недавней резне. Я поспешила опуститься рядом с девушкой, которая аккуратно смахивала с герба пыль, но судя по всему, это была его нижняя часть, ведь на стали виднелись какие-то узорчатые переплетения отчасти похожие на. Кроме этого, выделялись очень острые края, об которые Гвин порезала свои перчатки, вспоров под ними собственную кожу. Я боязно попыталась забрать его, но Гвин слово сама не поняла что произошло, удивленно глядя на кровоточащую рану. - Из чего он вообще... ты когда-нибудь видела подобный материал? - Отдернув пальцы, она все же передала его мне, принявшись слизывать с руки выступившую кровь. Пока я разглядывала камень стараясь не касаться его краев, девушка вытащила из сумки бинты, быстро перевязывая себе палец. - Больно… очень больно.
- Здесь должны остаться остальные его части… - В нем была сила, я ощущала ее, пусть и не могла понять, распознать. Аколит войн учила меня различать отдачу силы, но вещь, что лежала на моих ладонях, не являлась демонической, не принадлежала жрецам и чародеем, не была благословенным артефактом и не несла в себе заключению душу. В каждом символе, что источал странную, древнюю энергию, в особенности взыгравшую из-за пролитой крови Гвин, оставшейся на его ребре, я ощущала чью-то безумную ярость, слышала отголоски тяжелого, влажного дыхание, похожего на собачье, и тихое, злостное рычание. Этот предмет хотел причинять боль, он врезался в плоть самостоятельно, пуская кровь исключительно по своей воле. Словно эмоции, что заключил в него создатель, продолжали жить спустя века, оставаясь все теми же, не меняя своего значения и по-прежнему алча чужой крови. Почему-то, эта магия была для меня такой далекой, недоступной, тайной и грязной, цепляющейся за пальцы и душу так же, как грязь цепляется к новой обуви или платьям. Я не могла никак воздействовать на нее, даже своими скудными силами, словно она принадлежала кому-то, отчего я не могла в полной мере понять и осознать сущность, что таилась внутри этой ярости, питающей эту ненависть и кровожадность изнутри. Магия, такая дикая, живая… И она была так близко, но в тоже время спрятанная за клеткой из чужой воли и силы, которая не позволила заглянуть внутрь. Я ощущала страсть, ранее неизвестную, мне нужно было найти ответ. Решение, истину. Я жаждала ее так же... Как несколько часов назад, желала покинуть имение. Даже куда ревностнее, ведь ныне, на кону стояли секреты древности. - Ты… не против, если мы поищем их?
- Ты смогла прочесть, что здесь написано? - Удивленно спросила Гвин, не решаясь вновь трогать его. Аккуратно положив на землю страждущий крови герб, я кивнула. Мне было странно слышать, что Гвин не смогла понять, ведь старо-имперский язык не сильно изменился за время смуты и нового времени. Возможно, она просто не успела посмотреть на шрифт под нужным углом, но я в своих знаниях была уверена. Оказалось приятно оказаться лучше чем Гвин, в практике хоть где-то. - Правда? И что же?
