– Что иначе? – тоже вспылила Настя и пристально взглянула на мужа. – Ты лишь со мной такой храбрый, а с матерью и отцом тише травы! Мужик!
В словах Насти прозвучало такое пренебрежение, что Кирилл не выдержал и отвесил пощёчину. Настя не вскрикнула, не охнула. Просто сузила глаза и в молчании так стояла. Повернулась и стремительно вышла из опочивальни.
В голове грохотали колокола ярости и мстительного возмущения. Она подошла к большой лохматой собаке и обняла её за шею. Та ласково лизнула в щеку.
– Мурза, насколько ты лучше людей! – прошептала ласково Настя и почесала спину. Пёс отчаянно вилял хвостом. Они были друзьями, а Настя была уверена, что Мурза не остановится перед защитой её перед даже хозяином. Это светилось в его глазах. Она чмокнула пса в чёрный влажный нос и поднялась. На неё смотрела самая младшая из девочек и глаза её были грустными. Тихо подошла ближе, спросила, скромно потупив глаза:
– Тебя мама обидела, да?
– Было маленько, Дашенька. Вот такая жизнь у нас.
– Мне очень жаль тебя. Ты мне так нравишься. Ты смелая и весёлая.
– Что делать, милая Дашутка? Так жизнь меня воспитала. В тайге росла.
– Ты правда понимаешь всякую животину?
– Понимаю, девочка моя милая! – Настя притянула её к себе. Лицо её порозовело.
– Как бы я хотела походить на тебя, Настя. Да я трусиха, всего боюсь.
– Всё равно старайся быть самостоятельной и независимой. Не позволяй мужикам садиться себе на шею. Они к такому быстро привыкают, и будут погонять нас всю жизнь. Себе-то они позволяют многое. Запомнишь?
– Постараюсь, – вздохнула Дашка и ушла от греха подальше. За дружбу с Настей мать по головке не погладит. Они обе понимали это.
Вскоре появился Кирилл и нерешительно подошёл к Насте. Та стояла и наблюдала, как конюх запрягал лошадь. Хозяин собрался ехать по делам.
– Настенька, ты прости меня, дурака, – начал Кирилл елейным голосом. – Я просто сдурел, услышав твои слова о матушке. Прости, а?
– А что изменится? Ты изменишься? Никогда тебе не переступить своего страха. Слабый ты мужик. Скучно мне с таким.
– Ну такой я уродился! Что ж теперь?
– Иди лучше подальше. Я такое не прощаю. Пусть тебя поп прощает. А я повременю. Тут у вас все такие, прощать некого. Иди поплачь у матери на груди. Она простит и благословит. Тем и удовлетворись.
Она ушла в дом, а Кирилл проводил её странными глазами. Этого Настя не видела, но что-то успела почувствовать. Однако, оборачиваться не стала. А в дверях столкнулась с хозяином. Клим Котельников спешил, а увидев Настю, даже посторонился, пропуская невестку в дом. Заметил учтиво:
– Настроение плохое? Ничего, у молодых то быстро меняется, – и озорно подмигнул. Глянул на сына и сел в возок. – Гони на пристань!
– Настя, погоди! – окликнул Кирилл. – Сказать хочу.
Она оглянулась, равнодушно оглядела мужа, спросила вяло:
– Чего тебе ещё? Я устала и хочу отдохнуть. Замотали вы меня все.
– Да брось ты, Настя. Ты всегда такая весёлая. И эти невзгоды переживёшь. А что тебе отец сказал?
– Ничего такого. Спросил о настроении – и вое. Ещё подмигнул, – не устояла от мстительного выпада. Даже задержалась посмотреть, как отразится это на лице мужа. Отразилось. Настя была довольна, а настроение вдруг улучшилось.
В комнате она предалась размышлениям. Как-то незаметно ощутила быстрое охлаждение к мужу. Думала о нём по-всякому, а чувства молчали. Зато такое ничуть её не взволновало. Удивлённо глянула на себя в зеркальце. Его недавно подарил ей свёкор, и Настя была рада подарку. То было редкостью в городе. Привозилось издалека и ценилось дорого.
Едва слышные звуки дома её не тревожили, и. думать не мешали. Голова постепенно успокаивалась, и мысли потекли размеренно и трезво. Вспомнила хозяина в двери и злорадная мысль прорезала её сознание. Подумала серьёзно: «А что, свёкор мужик заметный. Многое может для меня сделать. Главное – защитит от хозяйки, а это уже что-то значит. За такое можно и отдаться ему. Какая разница с кем ночь переспать. Уверена, что хозяин будет лучшим любовником, чем его сын. – Она даже разволновалась от таких замыслов. – Всё будет зависеть от меня. Так я смогу его увлечь и удержать. Вот матушка злобой покроется! А с нею и муженёк!»
Она успела повеселеть, и голова шла кругом от предстоящего приключения. Но в двери появилась фигура Кирилла, и пришлось сменить выражение лица. Напустила на себя смиренное спокойствие, и ещё подумала, что стоит смириться для вида и продолжать развивать возникшую мысль, претворяя её в действительность.
Разговор не клеился. Кирилл, стремясь загладить свою вину, старался быть внимательным и ласковым. Это мало занимало Настю, но она сменила злое выражение на спокойное и равнодушное. Обращать внимание на мужа не стала. Он казался ей слишком никчёмным смазливым мальчишкой, на которого не стоит особо рассчитывать и принимать всерьёз. Она даже усмехнулась про себя.
Ночью она отказала ему в интиме, и тот не смел злиться. Настя, конечно, видела, как он недоволен, и молча сносил оскорбление жены. Она же ликовала.
