А вот теперь я рассказываю об этом так, как если бы в этом не было ничего особенного. Ну, произошло это когда-то – и произошло. Произошло разок, но больше не повторялось. И я не хочу, чтобы повторялось.
Я расчесываю сестренке волосы. Она перекрасилась в блондинку и теперь кажется мне немного непривычной. Но зато она такая красивая. Такая же красивая, какой когда-то была и я. Да и ей сейчас тоже, как когда-то и мне, тринадцать лет. Ей нравятся туфли на каблуках, и она всегда очень тщательно продумывает свои наряды. Дома у нас, конечно, нет денег, чтобы тратить их на одежду. Нашего двустворчатого шкафа нам с лихвой хватает для нас обеих: там у нас хранится и летняя, и зимняя одежда, не считая нательного и постельного белья. Но вот зато она здорово умеет перешивать одежду, подбирать ее по виду и по цветам.
Сегодня воскресенье, и закусочная, в которой я работаю, закрыта. Сегодня утром я обмазала ее волосы питательным составом из оливкового масла, а потом обмотала ее голову прозрачной бумагой. А через час я помогла ей хорошенько промыть волосы. И вот теперь они у нее блестящие и мягкие.
– А что ты хочешь делать, когда станешь взрослой? – Пока я расчесываю ей волосы, она болтает со мной о разных пустяках.
– Я?
– Ну да, когда станешь взрослой.
– Так я уже и так взрослая.
Она поворачивается ко мне. Мы с ней сидим на моей постели. Волосы у нее теперь мягкие-премягкие. Она на меня смотрит, и мне приходится отвечать:
– Пока что я работаю в закусочной, но я там не собираюсь работать вечно. Мне нравилось работать парикмахершей, и я, может, выучусь на стилиста, буду делать модные прически. Или стану косметологом.
– Здорово.
Мой выбор ей нравится.
– Ну а ты? Ты-то сама что хочешь делать, когда вырастешь?
Мы с сестренкой целыми днями сидим вместе и болтаем ни о чем, по очереди то спрашивая, то отвечая и задавая друг другу все новые и новые вопросы.
И что я без нее буду делать?
– Я? Мне хочется немного побродяжничать. Ну а потом выйти замуж, – отвечает она.
– Так ты хочешь замуж? – И я на нее бросаюсь, начинаю ее щекотать.
А она вырывается, смеется и трясет волосами, которые теперь пахнут оливковым маслом.
– Ага, хочу. И еще я хочу устроить настоящий праздник. Я хочу, чтобы платье у меня было белое-пребелое, а фата – длинная-предлинная. И еще у меня будет трехъярусный торт. Да, но сначала должна выйти замуж ты. Правда же, Анна? А иначе я не смогу выйти замуж, я же младше. У тебя уже есть жених?
Какая она красавица, моя сестренка! Совсем как я.
– Да нет, нет у меня жениха. Да и замуж я не хочу. Так что ты спокойно можешь выходить замуж первой.
И я снова вспоминаю то свадебное платье, о котором я когда-то мечтала в тринадцать лет, – с тремя розочками и со шлейфом.
– Ага, ну тогда я выйду замуж, а ты будешь у меня свидетельницей. Как здорово! Ура!
И она начинает скакать прямо на кровати. И тогда я снова бросаюсь к ней, и мы обнимаемся. И смеемся. И начинаем друг друга щекотать.
– Ну что вы там еще затеяли? Угомонитесь. Чего расшумелись?
